Академия хаоса. Когда рушатся стены

В уютном баре, который друг обустроил в отеческом доме, сочетались самые лучшие детали из всех баров, где они когда-либо были: гладкая стойка из натурального дуба, тяжелые стаканы из шосфордского хрусталя, на гранях которых вспыхивали золотистые отблески света ночной эстирии – растения с востока империи, которое не источало аромат, а напротив – впитывало его излишки, а в ночи приятно мерцало, не раздражая глаз.

– Я не верю, что ты желал Джафу смерти, – с сомнением произнес Родерик.

Тела Джафа они так и не нашли, хотя прошлись по мертвым землям, выискивая каждую косточку. Уже ко второму посту Родерик перестал ждать указаний некроманта и просто выжигал бесплодную пустошь, усеянную костями на каждом шагу. Мисси после этого, слава богам, исчезла.

– Я был бы вовсе не против, если бы волчонок остался жив, – согласился Моррен. – Но это совсем другое! Одно дело, когда он шатается на виду, и всегда можно понять по его хмурой морде, что он затевает. И совсем другое – когда он где-то в ином мире, с путниками. Ты подумай, какой у него теперь козырь! Что, если они покажут ему вариант судьбы, в котором Миранда вернется к нему?

Родерик улыбнулся, отпив из стакана.

– Миранда наверняка задается похожими вопросами, – заметил он. – Что будет, если последствия ритуала рассеются. Что будет, если ты ее разлюбишь.

– Я испытываю к ней нечто новое в последнее время, – признался Моррен. – Раньше она просто была для меня единственной женщиной…

– Очень просто, – покивал Родерик.

– А теперь она… мой друг, – продолжил он. – Мне интересно с ней, Родерик. Она понимает меня и принимает. Иногда, конечно, пытается выстроить рамки…

– Тебе это только на пользу.

– Я, пожалуй, должен поблагодарить тебя за ритуал, который ты так ужасно провел своими кривыми руками.

– Пожалуйста, – улыбнулся Родерик.

– К тому же по части кривизны путников тебе не переплюнуть никогда, – выпалил Моррен в сердцах. – Ты только подумай! Каждую охоту мы получали зажженный фонарь. Каждый раз можно было отнести его в хаос, добавить огонек к сердцу и активировать его как надо, чтобы хаос наконец запечатался, точно наш трухлявый император после жучка.

– Не факт, – возразил Родерик.

– Факт! – воскликнул Моррен. – Джаф – пешка. Да, он оживил королеву хаоса, благодаря моей блестящей идее с мартышкой, но избранной была твоя Арнелла. Это она взяла огонь из фонаря, влив его в свое пламя. Она говорила, что с помощью светильника глушила хаос, помнишь? На утро после сражения.

– Не думал, что ты слушал ее рассказ, – хмыкнул Родерик.

– Ту часть, где она пускала сопли по поводу друзей, я бы с удовольствием пропустил, – откровенно признался Моррен. – Но сражение с королевой и активация сердца хаоса были интересным.