Академия любви и ненависти

Я разглядела причудливую форму листьев, напоминающую пучок морковки, а следом выхватила и маленькие зелёные шишечки, видимо, те самые цветочки.

- Верно, - вновь подтвердил механизм. - Мне нужен один цветок. Один, Корделия ди Фиорди.

- Я поняла. А как я попаду в этот мир? Он, кажется, необитаем, значит, никаких заданий оттуда в академию не поступает.

- Ты не готова сейчас. Потом.

- А, ты ведь дружишь с телепортом. А он такой же, как и ты? Из того же мира? -поинтересовалась я, сверкая глазами от восторга. Все мучения в академии Каисторн оказались забыты. Знакомство с артефактом перечеркнуло их напрочь.

- Нет. Аэнири создали врата. Меня - не они. Иди, ребёнок. Не торопись назад. Зор знает, что тебе лучше.

- Зор — это ты?

- Нет. Я живу без имени.

- Давай придумаем его тебе! - предложила, пытаясь понять, что за таинственный Зор такой. Как вдруг уронила челюсть от догадки. - Милый, Зор — это Антонизор де Мастон, ректор академии Каисторн?

- Друг, - подтвердил артефакт. - Не злой. Хороший. Не бойся его, - ещё больше удивил артефакт. - Имя не нужно, я не придумал. Зор предлагал. Иди. Пора.

Я распрощалась в артефактом, нашла дежурного, а затем убежала к себе — одеваться и собираться.

Призраков решила взять с собой, всё-таки пара недель в чужом мире может оказаться безумно унылой, хотя по-хорошему, стоило оставить их в библиотеке с книгами записи выполненных заданий и поручений. Жаль, не могу размножиться на десяток Элиний и лично всё просмотреть."

"Памятуя мир синей жижи, упаковала весь сухой паёк в рюкзак, переоделась и лишь после этого открыла конверт.

Первая строчка гласила: «Задание самостоятельное».

- О, так я пойду одна, - произнесла немного растерянно.

- Как это одна? Как одна? - заголосил Эльз.

- Ты пойдёшь с нами! - возмутился Фог.

- А с вами не соскучишься, - хмыкнула я, расслабляясь. В конце концов, чего я переживаю? Задание-то из белого конверта.

Я не стала терять целый день до практики, быстро управилась с делами: написала отцу письмо о помолвке, оставила Заку-Бозтону сообщение о своём длительном отсутствии, а затем подумала и решила уведомить Роберта об изменении своего статуса.

О подобных моментах лучше сообщать лично, но я не хотела праздновать труса, дожидаясь, когда Бозтон самостоятельно просветит друга о том, что Элиния де Форсин отныне его невеста.

Зная характер Роберта можно ожидать что угодно, вплоть до трагической гибели моего жениха.

Я, конечно, утрирую, но подобные новости не должны быть настолько неожиданными. Мой рассказ о разговоре с Бозтоном восторга у Роберта не вызвал и это мягко говоря. Он готов был едва ли не лично доставить меня в сокровищницу друга, нарушив все мыслимые и немыслимые правила, лишь бы я не попала в кабалу фиктивной помолвки.