Пациентка по межзвездной переписке

— Мешаю, так уйду! — развернув кресло, я подъехала к двери и, отворив ее, выкатилась в коридор.

Нет, ну я, может, и слегка палку перегнула, но и они не лучше. Знают, что мне и по свободной комнате тяжело передвигаться — тесно слишком — а тут еще и баулы понаставили, чтобы шмотки было удобнее закидывать.

Им удобнее, а не мне.

Я вообще с утра собралась. Все аккуратно уложила, и к стеночке чемодан придвинула.

— Лиля, подожди, — за мной следом вышел папа. — Это, милая, что сейчас было?

— Ничего, — пробурчала я. — Достали просто своей неряшливостью. Я что там ползать должна была? Видят же, что проехать не могу, но ни одна не пошевелилась!

— Нет, в том, что они не подумали о тебе, вина на двойняшках, но что за речи? — Он сурово сдвинул брови к переносице.

— Ничего, папа. Я что, злиться права не имею?

— Злись, — он кивнул, — но маме нервы не трепли, она слегка приболела...

— Ой, папа, да я уже той болезни распашонок скроила. Вы что нас за дурочек совсем считаете? Ну в самом деле. Токсикоз у нее. Лучше сбегай за соком. Сходить скоро с корабля и, непонятно, что там дальше будет. А так хоть побалуешь перед высадкой."

"Он забавно моргнул.

— И фруктов наберу. Точно. Но... — его взгляд снова уперся в меня, — все равно не хочу больше слышать подобное.

Я закатила глаза и направилась в столовую за водой.

Время тянулось до невозможного долго. От волнения у меня просто ныло сердце в груди. А вдруг не понравлюсь ему «вживую». Разочаруется.

Я еще раз оценила платье, которое выбрала для себя с утра.

Нет, ну слишком короткое. Зачем сразу ноги выставлять? Нужно вернуться и переодеться. И я развернулась и даже поехала к двери, но вспомнила, что в каюте творится.

Что же делать? Может, плед какой на ноги, спрятать их... Не получится. Пледик мой вообще в контейнере в багажном отделении.

Паника нарастала, я металась по коридору, пока коляску не поймали за ручки.

— Успокойся, Лиля, — шикнула на меня Ками, рядом с ней, сложив руки на груди, стояла Петуния. — Все нормально будет. Но лучше выпей обезболивающего и успокоительного.

— И хватит круги наворачивать здесь! Маму подташнивает, а она вместо того, чтобы лежать, слушает, как тихо скрипят колеса коляски.

— Понравишься ты своему Нуму, — Ками подмигнула. — Он с ума сойдет от счастья, что заполучил такую красавицу.

Нет, я не успокоилась, но вспомнила, что, вообще-то, отправилась принять лекарство, чтобы во время посадки меня снова не прибило к этому креслу.

***

Время... Меня било мелкой дрожью. В горле пересохло. Испытывая жуткий страх, я отъехала от всех подальше и спряталась за спинами сходящих нелюдей. Господин Шуман разговаривал с отцом, они делились контактами. Четверо хронов угрюмо стояли в сторонке.