Пациентка по межзвездной переписке

Ну, положим, я тебя услышал и буду к аре деликатнее. Но с тебя овощи как плата за мою мягкость.

Фыркнув в его сторону, она взяла контейнер и скрылась за стеллажами.

— А то, Лиля, я не понимаю, что мама твоя боится за свою маленькую девочку, — рассмеялся он, глядя ей вслед. — И буду прямо прессовать беременную женщину, воспитавшую в любви и заботе мое сокровище, да? Но теперь у нас с тобой неограниченный доступ ко всей этой вкусноте.

— Ты коварен, — уголки моих губ приподнялись.

— А то, — он громко захохотал.

Глава 21

Лежа в медкапсуле, я снова таращилась на яркие огоньки над головой.

Они подмигивали мне то зеленым, то красным, то невероятно нежным голубым. По монитору медленно ползли строчки с цифрами, а над ними выстраивался ломаный график.

Сбоку на маленьком экране шел отчет минут.

Ужин с Нумом мы пропустили. Он даже объясняться не стал. Дверь в мед отсек мой орш заблокировал, явно намекая, что в гости никого не ждет.

Глубоко в душе я чувствовала некий стыд перед мамой и папой. Словно вина на мне была за то, что посмела вырасти и пожелать самостоятельности. Это угнетало. Мучило.

Но страшнее, чем их обида, для меня было снова оказаться в тесной комнате с видом на улицу.

Каждый день провожать взглядом проходящих мимо людей и понимать, что мне во внешний мир путь закрыт.

— Ты притихла, Лиля, — Нум проверял рабочие файлы за своим столом. — Ничего не спрашиваешь. Молча рассматриваешь потолок капсулы.

— Интересно, а швеи учатся где-нибудь? — сболтнула я первое, что на ум пришло.

— А ты уверена, что тебе достаточно лишь уметь делать строчки? — уточнил он, несмотря на меня. — Может, хочешь что-то большее?

— Например? — я напряглась.

Он оторвал взгляд от своего монитора и повернулся ко мне.

В голубых, таких чистых глазах появилась легкая задумчивость.

— Астра мне многое рассказала о тебе, Лиля. Она поделилась тем, как однажды повела свою маленькую сестру обносить инопланетный корабль, потому что та, несмотря на совсем юный возраст, мечтала создавать такую одежду, о которой грезили бы в любом уголке нашей вселенной. Ее интересовала инопланетная мода. И не просто тряпки, а что-то большее. Разве эта мечта исчезла, Лиля? Ты больше не желаешь создавать свое?

— Эта мечта обошлась слишком дорого моей семье, Нум, — я поджала губы.

— Тем более, — он усмехнулся, — ты за нее уже заплатила. Неужели больше не стремишься к этому?

— Конечно, мечтаю, — шепнула, наблюдая, как зеленая лампа меняет цвет на голубой. — Каждый вечер перед сном я закрываю глаза и вижу себя в новом нарядном платье, идущую по тротуару. Походка от бедра, на своих ногах. Все оборачиваются на меня. Разглядывают ткань, линии, фасон. А я иду и улыбаюсь, потому что знаю — это мой шедевр. Мое творение. Красивые наряды. Юбки, блузки, сарафаны. Смешение моды и культур.