Пациентка по межзвездной переписке

Как только раны затянутся, ты снова встанешь и побежишь следом за мной надоедливым хвостиком. Но этого все не случалось. А потом я стала слышать за спиной шепотки. В меня тыкали пальцем, обвиняя в том, что ты стала инвалидом. Что у меня, взрослой девахи, хватило ума взять с собой малого ребенка.

— Да ты сама была девочкой, Астра.

— Нет, — она покачала головой. — К сожалению, все они были правы. Твое состояние — только моя вина, и я это прекрасно осознаю. Знаешь, поначалу мне отцовские речи про марсианскую академию казались просто интересными, но по-настоящему я стала учиться, когда однажды увидела забытый папой на кухне прайс с моделями протезов. Никогда об этом не говорила, но сейчас, я думаю, можно, — она вытерла пальцами стекающие по щекам слезы. — Там были такие цены, сестренка. Отец бы никогда не смог столько заработать... А я... А я, получив образование, смогла бы. Я ради тебя спала с учебниками, зубрила их. Свидания, мальчики... нет... Только учеба, чтобы когда-нибудь, пусть и на протезах, ты встала из этого кресла и пошла следом за мной. Я столько раз представляла этот момент. Как вернусь домой на Цереру победительницей. Привезу эти проклятые железки, чтобы ты, наконец, смогла выйти из дома, жить как все. Я же своей бестолковостью жизнь у тебя отняла.

Она плакала и даже не скрывала этого. Я даже и представить не могла, что кому-то сейчас хуже, чем мне.

— Астра, — я положила руку на ее голову и притянула к своему бедру. — Ты говоришь глупости. Никто не виноват..."

"— Вот за это я тебе всю жизнь благодарна буду, Лиля, — она обняла меня за ноги. — Ты никогда даже не заикнулась о том, что все из-за меня. Ни разу. Я не представляю, что бы со мной было, услышь я это от тебя. Сломалась бы, наверное. Я так боялась, что когда-нибудь ты поймешь, что не ослушайся я родителей, ты бы была здорова. Ты же младшая. Я обязана была думать в первую очередь о тебе. Но Великий космос сжалился надо мной, сестренка, и ты выросла такой доброй, не озлобленной на жизнь. Ты так радовалась моим звонкам, фотографиям, что я тебе слала. Я ради тебя под каждым камнем на Марсе себя запечатлела, да и потом, когда на «Варъяре» оказалась. Столько наснимала, и так и не успела тебе, дурная, показать.

— Перестань плакать, — шепнула я, — а то я сама разрыдаюсь, представляешь, какую картину увидят наши мужья.

Я уже не боялась за себя, все мои мысли занимала Астра. Никогда не видела, чтобы она вот так раскисала. Да и я вообще была уверена, что она и плакать-то не умеет. Это у нас двойняшки слезы ведрами лили. Но не моя всесильная старшая сестра.

— Да Лэксар все чувствует, от него не утаишь, — шепнула она. — Представляешь, я когда распределение не прошла, ночевала в грузовых доках.