Академия Ранмарн

— Не плачешь, значит, виновата, — спокойно произнес Киен, — и прощения не просишь, значит, собираешься поступать так и впредь! Да, Эля? — Говорить что-либо было страшно… — Я задал вопрос!

— Нет… Я просто хотела побыть с друзьями… там рабочие, мы не знали, что делать…"

"— Эля, Эля, стой, остановись. — Он ласково улыбнулся, поцеловал мои пальчики. — Вот это, — потянувшись, прикоснулся губами к горящей от удара щеке, — это, Эля, за то, что позволяла другому к себе прикасаться… Ты должна раз и навсегда понять, что подобное недопустимо! Ты поняла меня, Эля?

— Да…

— Вот и замечательно. Жаль, что пришлось причинить тебе боль, но так ты запомнишь на всю жизнь! Теперь обсудим другой твой поступок. — Он говорил ласково, чуть поглаживая большими пальцами мои ладони, которые продолжал держать в руках, но глаза… Холодные, безжалостные, жестокие… — Ты, Эля, не согласовала со мной поездку на озеро… а обязана была!

С каких это пор? Затем с ужасом вспомнила о контракте…

— Киен, — голос задрожал, — я не прочитала… времени не было и…

Он улыбнулся своей идеальной отработанной улыбкой, которая заставляла невольно улыбаться в ответ, протянул руку, от этого жеста я невольно вздрогнула, аккуратно заправил прядь волос за ухо и совершенно спокойно произнес:

— Незнание законов от ответственности не освобождает. Копия контракта есть у твоих родителей, твоей обязанностью было прочитать.

Мне стало совсем страшно, потому что я боялась того, что он скажет в следующий миг. Киен, чуть склонив голову, внимательно меня разглядывал, словно видел впервые, затем задумчиво произнес:

— Эля, сладенькая, ты на меня злишься?

Я тебя боюсь, Киен. До ужаса, до крика, до безудержного желания бежать… И я не могу поверить в то, что всю жизнь ты будешь моим спутником… А вслух произнесла:

— Нет, я не злюсь…

Он улыбнулся шире, совершенно довольный моей реакцией:.

— И ты понимаешь, что я прав?

То, что ты вправе, я знаю. Но за что мне все это, осознать не могу…

— Да, понимаю.

Он с улыбкой встал, протянул мне руку, пришлось протянуть ему свою, подняться, вытерпеть долгий нежный поцелуй.

— Идем, вымою тебя, — прошептал Киен, — пахнешь этим вашим озером, а не моей сладенькой Эль.

Только сейчас рассмотрела комнату. Здесь все из дерева — на Таларе даже статуэтки из него стоят очень дорого… Деревянный пол, деревянные старинные шкафы, даже кровать из дерева. И дерево здесь разное — темное, почти черное, красивого красноватого оттенка, светло-желтое на оконных рамах, под этот цвет часто делают шкафы из пластика. На окнах белоснежные занавеси, подрагивающие от ветра… В комнате только кровать, два невысоких шкафчика и маленький столик, на котором стоит ваза с цветами.