Аккорд

Ради нее я отказался от тройничка. Что за ерунда?

Да, секс был хорош. Очень хорош. Не то чтобы обычно я занимаюсь посредственным сексом, но я никогда не занимался сексом после того, как меня послали к черту. Обычно девушки из кожи вон лезут, чтобы мне угождать. Они готовы делать все, что я им скажу. И я привык именно к такому сексу, когда меня боготворят. Но Джес…

Джес дьявол.

И секс с ней дьявольский.

Она бросает мне вызов. И это чертовски возбуждает.

Я был готов пойти с ней на второй раунд, хотел привезти ее в гостиницу и трахать до самого утра. Но стоило ей сказать о том, что это не должно повториться… мое самолюбие тут же перешло в защиту.

Я бы не доставил Джессике такого удовольствия и не начал бы умолять ее переспать еще раз.

Ну уж нет. Стерва и так кончила дважды.

Но как же она кончает… На это можно смотреть вечно.

Теперь, когда я закрываю глаза, вижу перед собой ее лицо с этими закатывающимися глазами и слышу, как она кричит от наслаждения. Самый потрясный звук в мире.

Правда, я уже сказал вам: это не должно повториться.

Не потому, что я не хотел бы.

Я бы очень хотел. И не один раз.

И даже не потому, что не хочу быть убитым Эбигейл Уильямс.

А потому что после секса я никогда не вспоминал о том, как кончала девушка. Обычно после того, как я кончил, у меня пустые не только яйца, но и голова.

Но с Джессикой все… по-другому. И это вводит меня в ступор.

Слишком явный намек, что пора пресекать происходящее."

"Выхожу из машины и направляюсь ко входу в студию. Открываю тяжелую металлическую дверь красного цвета и оказываюсь в небольшом холле. Как я и предполагал, Джо уже отчалил, поэтому сейчас помещение погружено во мрак. Захожу в приложение на телефоне и включаю красную подсветку по периметру комнаты. Снимаю бомбер и бросаю его на кожаный диван, стоящий у двери. Затем достаю из мини-бара банку холодной колы и жадно опустошаю ее.

Меня мучила жажда с той самой минуты, как я кончил.

Дьявол, долго я еще собираюсь вспоминать секс с Джессикой?

Невыносимо.

Подхожу к микшерному пульту и сажусь на крутящийся стул. Облокачиваюсь на подлокотники и откидываю голову назад, наслаждаясь тишиной.

Все-таки есть определенная атмосфера в студиях звукозаписи. Акустика, запах, приглушенный свет… Все это лишь добавляет удовольствия во время трекинга[10], заставляя мое сердце биться чаще. Невозможно не получить удовольствия от того, как на твоих глазах создается очередной шедевр.

Я всегда мечтал о подобном месте, где мог бы в абсолютной идиллии с самим собой писать тексты и сочинять гармонии. Будучи студентом Гарварда, я сутками зависал в университетской студии звукозаписи, пытаясь самостоятельно обучиться сведению[11], сэмплированию[12] и, конечно же, мастерингу[13]. Мне хотелось стать частью чего-то… великого.