Аккорд

Неужели она думает, что я настолько конченый?

– Я не с девушкой, – раздраженно бросаю я. – Джес, просто поднимись.

И я отключаюсь, чтобы отправить запрос на охрану.

– Что за цыпочка тебе звонила? Попросил ее подняться, чтобы я ей присунул?

Дерьмо!

Закрываю глаза и сжимаю кулаки. А затем все же теряю самообладание, хватаю его за затылок и ударяю о журнальный стол лицом.

– Это ж надо было так упороться, чтобы стол не заметить. Ну, нужно же быть аккуратнее, Джереми, – опасно улыбаюсь я. – Одевайся. Живо.

Говнюк молча поднимается и берет свои вещи. К моменту, когда Джессика стучит в мою дверь, он, слава яйцам, одет.

– Привет. Извини, я… не хотела мешать, – тихо произносит Джес, протягивая мне договор.

Она избегает моего взгляда, поэтому я мягко касаюсь пальцами ее подбородка, чтобы она подняла на меня свои красивые небесные глаза.

– Ты не помешала, – тихо говорю я. – Подождешь минуту, я отвезу тебя обратно в офис?

– Не стоит, – тут же отвечает она. – Я вызову такси.

– Нам как раз по пути. Джереми! – кивком головы показываю ему в сторону выхода, и он подходит ко мне. – Это мой брат, а это Джессика.

Джер присвистывает, оглядывая ее с головы до ног, а мне хочется, чтобы он не заметил еще и дверь. С разбегу. Но я держу себя в руках.

– И зачем я одевался? – широко улыбается брат. – Если ты привел такую горячую малышку. А кстати, это только мне шлюх в квартиру нельзя приводить, а тебе, значит, можно?

В задницу контроль. Беру его за шкирку и выкидываю в коридор.

– Джереми, для твоего же блага, закрой свой рот.

– Я шучу, малышка, – ухмыляется он Джессике и направляется к лифтам.

Провожу рукой по волосам и шумно выдыхаю:

– Дьявол, Джесси, прости за это.

– Ничего, – она поджимает губы. – Сколько ему?

– Восемнадцать.

– Если он в восемнадцать уже ведет себя, как ты в двадцать семь, то что же будет дальше?

Это было больно.

– Я…

Я что?

Дерьмо.

Мотаю головой в стороны и тянусь к ящику с ключами, чтобы взять ключ от «Тахо», потому что в мой «Феррари» мы втроем не влезем, и иду к лифтам следом за Джессикой. Даже не смотрю на ее сексуальную задницу, так как голова забита мыслями о ее словах.

Она видит меня таким же ублюдком, как Джереми. Хотя что значит – видит? Если я такой и есть. Девушка, которая меня заинтересовала, плачет после секса со мной, считая меня ублюдком.

Потрясающе!

Хотелось бы мне сказать, что жизнь Тиджея Моргана похожа на дерьмо, но это будет какая-то тавтология, ведь жизнь Тиджея Моргана и есть дерьмо.

Спускаюсь на парковку и открываю машину брата. Ник купил ее за несколько недель до своей смерти. С момента произошедшего я сидел в ней лишь пару раз, и то не за рулем, а напиваясь в хлам на пассажирском сиденье.