Александра
Не знаю чьей волей, но явно ко мне недоброжелательной, я оказалась в далёком прошлом своего народа. 16 век, страшная и кровавая эпоха. Мои предки русичи противостоят Крымскому ханству, Речи Посполитой и Ливонскому ордену. Жизнь человеческая не стоит и ломаного гроша. Женщина бесправна и безмолвна. Её удел рожать детей и ублажать мужчину. И тут я, вся такая современная девушка, эмансипированная. И стать мне чьей-нибудь наложницей и рабыней, но… Вот именно НО. Это но мешает. Я не белоручка, я внучка военного, дочь военного и вдова офицера. Я всю жизнь провела среди военных. Я знаю с какой стороны браться за оружие. И я никогда, и ни кому не позволяла обижать меня. Я всегда даю сдачи. Я дочь своих предков и я боец, даже если целый мир против меня.
— Значит это то, о чём я подумал?
— А о чём ты подумал?
— Нууу. — Он сделал жест рукой, показывающий живот беременной женщины.
— Возможно. Но, пожалуйста, не говори никому.
— Малыш, дитя Государя Московского?
— Ну а кого ещё то?
Георг улыбнулся.
— Может тогда моя королева останется здесь в Вендене?
— Твоя королева, Георг, в Вендене не останется. Она пойдёт со своей армией. И это не обсуждается. И давай прекратим этот разговор.
— Как будет угодно, Вашему Величеству. — Он усмехнулся, поклонился и вышел. Господи, ну начинается. Сейчас ещё и он начнёт проявлять заботу и внимание.
Утром опять меня тошнило. Пришлось поблевать… Да, а как ещё это назвать можно? Рядом со мной суетилась Ленка.
— Сань, ты реально в залёте. Вот Василий то рад будет. Сань, а кого ждёшь?
— Лена! Помолчи, пожалуйста. Господи, как мне хреново.
— Терпи, маманя. — Ленка усмехнулась. Взяла полотенце и вытерла мне губы. — Сань, ну ты сама понимаешь, нужен пацан. У Василия дочь есть.
— Лена, отвали. Я прекрасно понимаю, что ЕМУ нужен сын. Но, я же не могу самой себе дать установку: «Сейчас мальчик, а не девочка». А если дочка родиться опять?
— Сань, я уверена.
— В смысле прёт? Ты вообще о чём?
— Как о чём? Ты на себя посмотри. Тебе реально надо было пацаном родиться. Всё воюешь бегаешь.
— А что делать то, Лена? Эти твари полезли в мой огород. Мне что, сидеть как клуша? Нет. Я этих Грифичей а потом, особо Пястов порву. Чтобы другим не повадно было. И это, кстати, ради и моих детей. Ради Славки, ради Дашеньки, я её вообще из Москвы заберу.
— Как это заберёшь? Она дочь Великого Князя. Кто тебе её отдаст?
— А кто мне её не отдаст? Василию я рожу сына.
"— А если она сильно влюбиться в мужа своего?
— Да ради бога. Я даже приветствовать это буду. Главное, чтобы муженёк её не пустился во все тяжкие. А я за этим прослежу.

















