Алёнушка

Мои родители иммигрировали в Советский Союз в 1939 году из Испании вместе с бабушкой. Она и прихватила напоследок несколько парадно-выходных нарядов, которые здесь ей, понятное дело, не пригодились, – вздохнула Изабелла. – Теперь они твои. Делай, что хочешь. Можешь их распороть и объединить с тем шмотьем, что я тебе дала…

– Шмотьем? – Алена снова задохнулась, но в этот раз от возмущения. – Да что вы за человек такой, что такой раритет называете шмотьем?

– Все зависит от ценности, которую люди определяют для одного и того же предмета. Для кого-то это раритет, а для кого-то просто одежда, наследие семьи. К тому же я не предлагаю тебе все это уничтожить. Я видела твои эскизы, девочка, они талантливы. Да и у тебя рука не поднимется навредить тому, что ты считаешь ценным. Так что дерзай. Даю тебе десять дней, чтобы соорудить что-нибудь достойное и привлекающее внимание. А я пока подниму старые связи. Уверена, что Барышников твой в деда пошел, наверняка играет по-тихому. Я детально изучила его коллекцию – по крайней мере, ту часть, которую онпоказывает публике. И скажу тебе, что вряд ли он купил ее в магазине на распродаже. Некоторые вещи можно приобрести только в определенных кругах. На сеансах карточной игры, к примеру.

– Я не понимаю, о чем вы, – Алена прижимала к груди черное кружевное платье, принадлежавшее ее прабабушке, и у нее дрожали руки. Подумать только – у нее была прабабушка испанка! Кто бы мог предположить? В самой Алене ничто не выдавало испанских корней, а вот Изабелла, если посмотреть на нее, зная о ее происхождении, вполне себе тянула на дочь Иберии. Почему Алена сразу не догадалась? Даже само имя намекало…

– А почему десять дней? – опомнилась Алена.

– Потому что сегодня среда, – загадочно пояснила Изабелла.

В этот раз Алене удалось справиться с дурацким вопросом, рвущимся наружу. Она лишь приподняла бровь, и Изабелла одобряюще кивнула:

– Молодец, обучаема. Сеансы карточной игры обычно проходят по воскресеньям. Сегодня и завтра я обзвоню старые связи и узнаю, где бывает твой Александр.

– Но я не умею играть в карты! – воскликнула Алена.

Изабелла на секунду задумалась, а потом кивнула:

– Я в курсе. Мне понадобится несколько дней, чтобы объяснить тебе, как играют в покер. И еще неделя, чтобы отработать твой «покерфейс».

Следующая неделя была для Алены сущим кошмаром. На работе ее гоняли с утра до вечера – подготовка к созданию коллекции «осень-зима» шла полным ходом, Барышников нервничал, Ларусик лютовала, Глаша и Луша хранили скорбное молчание, в сотый раз переделывая эскизы. Но было и несколько светлых моментов – эскизы украшений, предложенные Аленой, понравились руководству, и их приняли.