Альфа для строптивой

- Ты что делаешь? - схватила мужчину за пуловер и потянула на себя. - Влада?!

- Хочу тебя, - сообщила нетерпящим возражения тоном. Все эти разговоры о любовниках и изменах ужасно злили. Вообще, идиотизм Лукрецкого злил.

- Безумная пара, - пробормотал Лукрецкий, но сел и меня утянул за собой. Я после я наблюдала, как он начал расстегивать сначала ремень, затем ширинку. - Иди сюда, так удобнее будет, - в этом он был определенно прав. Перекинула ногу и оседлала оборотня.

Я была достаточно возбуждена, чтобы обойтись без какой-либо прелюдии. От нижнего белья мой несносный альфа избавил меня заблаговременно. Позволила себе аккуратно опуститься на мужское достоинства и стала двигаться так, как нравилось.

Лукрецкий целовал в губы, покрывал поцелуями шею, абсолютно не мешая и не направляя, позволяя использовать его, как мне вздумается.

- Почему ты согласилась ко мне вернуться?

- Потому что люблю тебя, - сорвалось с губ, прежде чем я успела подумать. Впрочем, я не жалела о сказанном. Оборотень, конечно, не заслужил своих слов. Но все-таки была надежда, что впредь он станет беречь мое истерзанное сердце.

- Любишь? - Лукрецкий замер, заставляя меня замереть вместе с ним. Не то, чтобы я хотела, он меня вынудил. Так сдавил бедра, что двинуться было невозможно. Правда, больно при этом не сделала. Просто зафиксировал.

- А что в этом такого? - беззаботно отозвалась. - Да, люблю.

- Влада?! - кажется, он не мог поверить в услышанное.

- Я люблю тебя, - повторила в третий раз. - Дошло? - не удержалась и постучала по его глупой голове, а потом приказала:

- Не держи меня, - накрыла своими ладонями мужские и дернулась, показывая, что хочу продолжить.

- Любишь, - констатировал он, но не отпустил. Приподнял, продолжая удерживать, и начал двигаться сам. А я просто доверялась, позволяя оборотню верховодить.

Мне никогда в постели ни с кем не было так хорошо, как с ним. Не до него, не после. Ян чувствовал и знал потребности моего тела лучше, чем я сама.

Неудивительно, что спустя пару минут, я не особо стесняясь, стонала в голос и извивалась в крепких мужских объятиях от удовольствия.

- Тебе не стыдно? - веселясь, поинтересовался Лукрецкий, присоединившись ко мне. Оборотень легонько гладил меня по волосам , иногда позволяя себя прочесывать их пальцами.

- Отчего мне должно стать стыдно?

- Мы в общественном месте, сердце мое, а ты так громко выражала свои эмоции, что никаких сомнений в том, чем мы только что занимались, просто не осталось. Неприлично это.

- Неприлично тащить на обед любимую женщину в ресторан, подаренный любовнице, -парировала. Вообще, как он мог? Как посмел?

Лукрецкий хмыкнул.

- Хороший ресторан, между прочим. Отличная кухня, вежливое и ненавязчивое обслуживание, удачное расположение, - кажется, раскаиваться мужчина не собирался.