Аллигат. Исход

Волновалась. Снова ложь! На каждом шагу ложь и притворство! От неё можно когда-нибудь избавиться?!"

"— Пройдёмте в гостиную. Вам нужно прилечь. Правда, покой ещё не прогрелся, но так для вашего состояния будет гораздо лучше — прохлада, тишина и неяркий свет. Я недавно приехал и только растопил камин. Можно вам предложить чаю?

— Рourquoi pas?.. Почему бы нет? — встала она. Тело ослабело, дрожали колени.

Кадди помог ей снять плащ, пальто.

Ольга расправила палантин на плечах, кутаясь в него. Проходя мимо зеркала, посмотрела на себя, бледную, уставшую, с тёмными кругами под глазами, с мазками засохшей крови под носом — картина хуже некуда.

Опустила глаза, перехватив в зеркальном отражении озадаченный взгляд мужчины на своей одежде и не только. Он украдкой разглядывал её со спины. Разумеется, для него в диковинку видеть на женщине его круга подобный наряд.

В гостиной часть мебели была покрыта чехлами: пианино, мебель из красного дерева, кресла, бюро, этажерка. Ольга не заметила ширмы с китайской вышивкой, столика для рукоделия. Книжный шкаф пустовал. Ни ковров на полу, ни картин на стенах, ни цветов в кадках.

Ни ярких пледов, ни подушек на софе. Хозяйка покинула дом вместе с дорогими сердцу вещами.

— Мой… эмм… пакет, — спохватилась Ольга, оглянувшись на «посылку» в пятнах грязи, приткнутую к комоду в холле.

Кадди тотчас прихватил пакет, как и керосиновую лампу.

— Что здесь? — положил у софы у ног гостьи.

— Quoi?.. Что?.. Моё проклятие, — невесело усмехнулась Ольга, — или спасение. Книга моей семьи. Старая, ветхая и… хотелось бы её восстановить и прочитать.

Мужчина вышел в соседнюю комнату. Вернулся с подушкой и пледом. Положил на софу рядом с гостьей.

— Устраивайтесь, мадам Ле Бретон, а я пойду на кухню.

Обернулся от двери в холл:

— Ватерклозет слева от лестницы.

Ольга встряхнула плед и поправила подушку. Намеревалась пойти в ванную комнату умыться и привести себя в порядок. Уверенность, что Кадди решил приютить её на ночь, крепла. Он слишком порядочный, чтобы заподозрить её в обмане. К тому же он врач, а значит, не выставит ночью на мороз ослабевшую женщину.

А она… Не этого ли она хотела? На душе скребли кошки. Ольга оправдывала себя и свою вынужденную ложь. Она растеряна, одинока, без денег, без сил.

Она ничего не делает мужчине плохого. Только воспользуется его гостеприимством. И ей предстоит незаметно пробраться на третий этаж, а там… Она не загадывала, что будет потом, но точно знала, что утром уйдёт.

Глава 22 ◙

Спустившись по широкой пологой лестнице в полуподвальное помещение кухни, Ольга застала Кадди за приготовлением позднего ужина. Он стоял к ней спиной у разделочного стола и выкладывал из корзины привезённые продукты, тщательно упакованные в клетчатые салфетки и вощёную бумагу.