Аллигат. Исход

Стол и стул стояли на прежнем месте. Пол выметен, в вымытом окне отразился свет фонарика.

Положив на столе мобильный телефон так, чтобы луч света освещал нужное место, Ольга схватила стул и перенесла его к дверному проёму. От волнения подкашивались ноги, сердце рвалось из груди, в виски толчками била кровь.

Женщина упёрлась руками в спинку стула и, глубоко, размеренно дыша, опустила голову. Перед глазами расплывались багровые пятна. Выждала немного, собираясь с силами.

Мысленно подогнала себя и стала на сиденье стула. Дотянулась до притолоки над входной дверью, просунула руку в щель между дверным блоком и стеной.

Пальцы коснулись липкой паутины; кожу на тыльной стороне ладони защекотало.

Ольга отдёрнула руку и пошатнулась на стуле. Успела ухватиться за дверной косяк и выровнять положение тела. Снова закружилась голова; дыхание участилось.

Всего лишь паук! — успокаивала она молотящее в грудную клетку сердце.

Когда нащупала ледяную жесть коробки из-под печенья, ликование наполнило душу.

Ольга отёрла и встряхнула коробку, заглянула под крышку.

Деньги, документы на месте, — вздохнула она с облегчением.

Поставила стул на место и поспешно вернулась в ванную комнату.

Её отсутствие осталось незамеченным. Со стороны кухни просачивались аппетитные запахи.

Женщина улыбнулась своему отражению в зеркале, пристально вглядываясь в бледное лицо и лихорадочно блестевшие глаза.

Умылась и тщательно очистила одежду от налипшей пыли. Не решалась воспользоваться костяной расчёской, лежащей на полке над умывальником. Чья она? Генеральши или её сына? Придирчиво осмотрела широкие редкие зубья. Волосы Кадди выглядели блестящими и здоровыми. Несмотря на это Ольга тщательно вымыла её с мылом и вытерла насухо.

Только тогда с несказанным удовольствием расчесалась, массируя кожу головы подушечками пальцев. Собрала волосы в высокий хвост.

Войдя в гостиную, осмотрелась. Спрятала мобильный телефон в коробку и затолкала её между мягкими подушками зачехлённого кресла.

Вот теперь всё, — села на софу в ожидании хозяина дома.

А он не спешил.

Ольга сняла полусапожки, убрала их с глаз долой за софу и укуталась в плед. Напряжение схлынуло.

Не хотелось двигаться.

Не хотелось ни о чём думать.

Хотелось опустить голову на подушку, заснуть и спать — день, два, три, — сколько потребует организм.

Наверное, именно такое состояние называется «смертельно устал». Мысли ворочались лениво, неторопливо. Услужливо подсказывали хозяйке, что требуется сделать в первую очередь.

Купить расчёску, — почему-то именно это казалось первоочередным. И ридикюль. Подобрать одежду из готового платья, нижнее бельё, ненавистный корсет и кринолин. Тёплую накидку, шляпку, перчатки.

Главное — есть деньги, — не могла нарадоваться удаче Ольга.