Алмазная академия

– Видишь, что ты наделала…

Не в силах оторвать взгляд от распростертого на камнях тела дракона, я не сразу заметила, что узор испорчен, камни почернели, будто обуглились, и больше ни на что не годны, и даже пентаграмма начала разрушаться.

Жеанд терял силы и только чудом еще оставался в сознании.

Клетка, пленившая меня, заметно поблекла. Скоро совсем исчезнет.

Я как раз прикидывала, что смогу сделать тогда – обращаться здесь нельзя, рискую обрушить тоннель, но зато вполне могу дотянуться до ножа, он ближе всего лежит, – когда в поле зрения появилось новое действующее лицо. Тихо, без всякого грохота, не тратя время на лишние разговоры.

Этого времени у Веорана просто не осталось. Как и сил особо геройствовать.

Поэтому он просто снял с шеи кулон и открыл его.

Небольшое пространство каменного мешка, где мы находились, на мгновение залил ослепительно белый свет.

А когда он померк, Жеанда с нами уже не было. Только камень на цепочке в руках Веорана приобрел немного иной оттенок.

– Знаешь, – хрипло произнес харз Аадор, сползая на пол, – когда я спасаю тебя, получается намного естественнее. Пусть так и будет.

Под конец он едва шевелил почерневшими губами.

Клетка исчезла окончательно.

– Ран!

Я бросилась к нему.

Спину плетью обожгло то, что осталось от пентаграммы, но нанести мне серьезный вред оно уже не могло. Или я просто не способна сейчас оценить свое состояние.

Дрожащие пальцы коснулись испещренной черными бороздами щеки.

Он улыбнулся, но это больше напоминало гримасу.

С телом дракона вообще творилось что-то странное. Над ним будто огненная дымка вилась.

– Может, еще можно… – глотая слезы, начала я.

– Нет, – еле слышно прервал Ран.

У него еще хватило сил переплести свои пальцы с моим-и.

Знаю, что нет. Но это бессилие, эта обреченность сводит с ума.

Плохо понимая, что делаю, я уложила его голову к себе на колени и стала гладить по волосам, роняя слезы и шепча глупые признания. Толку с них теперь. Так продолжалось минуту… или несколько часов. В какой-то момент мне даже показалось, что жуткие черные следы на лице любимого блекнут. По его телу прошла судорога.

Но понять, что вообще происходит, я не успела.

Шагов не услышала, поэтому, когда вдруг увидела Армана прямо перед собой, поначалу испугалась. Потом вспомнила, что самое страшное уже произошло, хуже просто некуда, и заметно расслабилась. Только кулон притянула к себе за цепочку и сжала в кулаке, а второй рукой обняла голову Рана крепче.

Синеглазый Сапфир выругался сквозь зубы и сдернул с шеи свой собственный кулон.

Я втянула голову в плечи и вцепилась в Рана крепче, готовясь к самому худшему.

Но направил открытый кулон Арман не на меня, а на дракона.

– Что ты делаешь?! – вырвалось у меня, хотя я точно не собиралась с ним говорить.