Сахар со стеклом

Разговор у нас с ним не задался, и придурок просто не вписался в угол, пытаясь протиснуться в кабинет.

Оправдывается?

– Это первое.

Алексей сделал шаг в мою сторону, а я по инерции отступила. Ушибленное колено больно прострелило, отчего не получилось сдержать рваный вдох.

– А ещё я говорил, чтобы ты ко мне не смела обращаться. Это второе.

Ещё шаг. И ещё. Я продолжала отступать, давясь болью в ноге, пока не упёрлась спиной в стену у двери. Дальше отступать было некуда. Сердце оглушительно колотилось где-то в горле, на ладонях проступила влага.

Я читала о такой реакции тела в учебнике – «дерись или беги».

Стресс гонит адреналин по венам, заставляя тело превращаться в натянутую струну.

Стресс.

Каждый раз, когда в поле зрения попадает сводный брат. А сейчас, когда он стоит меньше, чем в полуметре, организм жмёт на все красные кнопки, разгоняя пульс до предела. Он вгоняет меня в ужас, как те вампиры из сна, одним лишь свинцовым взглядом раскраивая волю.

«Дерись или беги». Или сдайся, если не дано ни первого, ни второго. Драться было бы глупо – я проиграю, бежать некуда. И я сдалась, прикрыв глаза.

Колено горело огнём. Щёки пылали от обиды.

Что дальше? Сожмёт ладони на шее ненавистной, навязанной ненастоящей сестры? Или вцепится в волосы и стукнет затылком об стену?

Но я вдруг почувствовала всего лишь лёгкое касание прохладных пальцев к щеке. Распахнула глаза, удивлённо встречая ледяной взгляд, и во мне скользкой змеёй вдруг зашевелился совсем другой страх.

– Какого чёрта ты тут забыла, бестолочь? – тихо, но жёстко проговорил Шевцов. – Сидела бы в своём Мухосранске, миловалась бы с карамельными мухосранскими мальчиками.

Дышать стало трудно.

Ответить нечего.

– Тебя здесь не ждёт сладкая жизнь, я же предупреждал. Помни своё место.

Лекс развернулся и быстро вышел из моей комнаты, снова хлопнув дверью. А я почувствовала, как тиски, сжимавшие рёбра, отпустили, позволяя сделать полноценных вдох.

Не обращая внимания на больное колено, я бросилась к двери и непослушными пальцами повернула замок.

Да кто он нахрен такой? Что за гипноз? Почему этот парень так влияет на меня? Это не обычный страх, это какой-то животный, потусторонний ужас, парализующий даже дыхание. И что с этим делать, я понятия не имела.

Глава 14

Декабрь принёс зиму не только на календаре, но и в реальности. Непередаваемое ощущение, когда с вечера засыпаешь в мокром, сыром мире, а просыпаешься словно в сказке. Будто незаметно нырнул в Нарнию, и вот-вот у фонарного столба увидишь фавна. До Нового года ещё месяц, а детский восторг при виде укрытой снежным покрывалом улицы проснулся внутри, визжал, сжимая кулачки, и гнал прочь все тревоги и сомнения.

Вчерашний разговор с Алексеем долго не давал мне уснуть.