Алый ангел

Не дав Шеридану развить эту тему, девушка спросила:

– А какую роль в этой спасательной операции сыграли вы, мистер Шеридан? Я была просто ошеломлена, когда вы протянули руку, чтобы помочь мне подняться на борт.

Шеридан положил руку на сердце.

– Прекрасная леди, – сказал он, вздыхая, – простите старика. Будь я моложе, клянусь, я бы расправился ради вас с драконами. А так, каюсь, я отправился сюда… ради забавы.

Габриель фыркнула, и все джентльмены рассмеялись. Маскарон ободряюще похлопал внучку по плечу, и ее обида потихоньку рассеялась.

– Я обязана всем вам больше, чем могу описать словами, – сказала, улыбаясь каждому по очереди, Габриель. – Но… но, по-моему, кого-то здесь не хватает.

– Кого же? – спросил Кэм.

– Старого доктора, – ответила Габриель. – Я даже не знаю его имени. Я была уверена, по крайне мере, начала подозревать, что он один из твоих людей, Кэм.

– Я не знаю никакого доктора, – сказал Кэм.

Сбитая с толку, Габриель обратилась к Маскарону:

– Дедушка, а ты как думаешь?

– Я смутно его помню, – ответил Маскарон, быстро обменявшись взглядами с Кэмом, прежде чем снова посмотреть на внучку. – Самый неумелый врач из тех, что мне приходилось встречать. Я через раз проливал пойло, которым он пытался меня накачать, а он даже не замечал этого.

– Ах, – сказала Габриель и погрузилась в молчание.

Ее чувства обострились, когда темная голова Кэма склонилась к Талейрану. Француз кивнул, допил остатки вина и вопросительно взглянул на Маскарона. Тот, словно по сигналу, поднялся на ноги."

"– Не уходи! – воскликнула Габриель, схватив дедушку за руку.

Маскарон мягко отстранил ее.

– Моя милая девочка, волна никого не станет ждать. Твой муж должен отправляться в путь или задержаться еще на двадцать четыре часа.

– Тогда поплыли с нами! – взмолилась она.

Маскарон странно улыбнулся и обнял внучку.

– Я уже старый пес, – сказал он. – И не смогу жить счастливо в новой конуре.

– Я не буду знать ни минуты покоя, понимая, что ты в бегах, – выкрикнула девушка.

– В бегах? Я? – Маскарон выглядел по-настоящему потрясенным. – Милая моя девочка, ты заблуждаешься! Фуше не может причинить мне вреда. Ты не думала, что я знаю достаточно, чтобы отправить этого старого мерзавца на гильотину, если только мне этого захочется?

Что-то было не так в его логике, но Габриель была слишком ошеломлена, чтобы найти эту ошибку. Маскарон воспользовался замешательством внучки, чтобы толкнуть ее в объятия мужа.

– А теперь поцелуй своего старого дедушку на прощание и покажи этим чертовым англичанам, из какого теста сделаны мы, нормандцы.

Отважно улыбаясь сквозь слезы, Габриель сделала, как ей сказали. Кэм крепче сжал плечи жены, удерживая ее рядом с собой, когда Маскарон вслед за Талейраном отправился на палубу.