Амулет на Его счастье

И стало мне так жутко и холодно, что захотелось вновь съежиться, укутаться, укрыться от этого страшного холодного человека, но показывать ему свой страх я не намеревалась.

— Ты меня поняла? — вновь обдал меня своим ледяным душем начальник полиции.

Я нашла в себе силы лишь для того, чтобы кивнуть и то слегка.

— Вот и хорошо! — встряхнул он меня и ослабил хватку.

Под покровом темноты мы перешли заасфальтированный кусок под виноградной беседкой, сквозь голые скрюченные стволы которой проглядывала из-за туч полная луна. Прямо как в фильмах ужасов.

По классике жанра вдали послышался вой, от которого у меня похолодело все внутри, а вот Трэвису это дало дополнительный шанс прижать меня к себе в непосредственной близости от груди.

— Не бойся! — шепнул он на ухо ледяным приглушенным голосом. Никто не посмеет тебя тронуть!

Вой усилился. Собака лаяла в отдалении, и от этого зашлось в тревоге сердце.

— Ну что же ты так трясешься? Маленькая! Замерзла вся! Иди ко мне!

Тревога била не то что в барабан — исполняла на литаврах танец безумных туземцев! Он прижал меня к стволу дерева, нависая сверху и втягивая воздух около волос, точно нюхал их.

— М-м-м… вкусная! Восхитительно пахнешь!

Блин! Он меня сейчас съест! Вот кто маньяк на самом деле! А я — попалась! Купилась на его «смотри, что покажу», как глупая детсадовка! Хотя, что я могла сделать там, у него в люксовых апартаментах!?

— Трэ-вис… ты обещал мне что-то показать! — испуганно запинаясь, выдала я, радуясь, что нашла чем его отвлечь от гастрономических изысков в виде меня.

— О, да! И я сдержу свое слово, хоть сдерживаться мне и не просто! — нехотя отстранился он от меня, — кроме того, ты вновь испугана, а этого я хочу меньше всего.

Обвил мое запястье и повлек за собой. Впереди виднелось низкое одноэтажное сооружение, смахивавшее на конюшню, если бы не многочисленные решетки, запиравшие все стены и узкие окна-бойницы.

— Темница для особо опасных — шепнул мне Ривер.

Он совершил несколько магических пассов руками и тяжелая массивная дверь с надрывом отворилась. Почему же этот надсадный звук показался мне странным?

«Наверное потому,» — думала я, входя за Ривером в промозглое каменное помещение, — «что если бы этой темницей пользовались часто, петли двери наверняка бы смазали», — но думать более подробно в этот я не смогла."

"Ривер схватил со стены потушенный факел, зажег его от рядом горевшего, и кивая на ступени, пригласил проследовать за ним далее вниз. Сколько мы спускались я не считала, но довольно долго. Пролет сменялся пролетом, а мы все шли и шли, точно хотели достигнуть ядра или самого Безумия этого мира.

Наконец лестница оборвалась и мы вступили в длинный узкий мрачный коридор. Здесь было сыро и влажно. Остро пахло мышами и крысами.