Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

Потом он тоже что-то делал, говорил, что-то спрашивал у нее.

Нина Федоровна поднялась со стула. А куда он делся, Алексей, почему оставил ее одну? Она сморщилась. Ах, да, он пошел давать телеграммы родственникам. Пусть, пусть все приезжают…

Резкий звонок в дверь вывел ее из оцепенения.

Соседка, наверное. У Алексея свой ключ есть. Она сжала губы. Видеть никого не хотелось.

В дверь опять позвонили.

Нина Федоровна, с трудом передвигая ноги, шла по коридору. Оставили бы ее все в покое, неужели не понимают…

Замок щелкнул, и дверь распахнулась.

— Мама!

На пороге терраски стояла дочь Вера, рядом с ней ее муж Дмитрий.

Нина Федоровна шарахнулась в сторону и непонимающе уставилась на дочь с зятем. Если бы перед ней появился сейчас живой Иван, она удивилась бы меньше.

— Вы получили телеграмму? — глупо спросила она, уже через секунду понимая, что никакой телеграммы дочь получить не могла. — Алексей Яковлевич тебе позвонил? — и опять она запоздало подумала, что говорит ерунду. Иван умер сегодня, несколько часов назад, а от их городка до Москвы почти сутки ехать поездом.

— Мам, ну при чем здесь твой Алексей Яковлевич? — раздраженно пожала плечами дочь.

 — Мне позвонил отец…

— Как вы сказали, промедол? — Нина Федоровна в строгом темно-синем костюме сидела в кабинете с золотистыми шторами напротив следователя прокуратуры — Ковалюка Евгения Георгиевича, молодого, лет тридцати с небольшим, человека. — Ему кололи кордиамин. Уже вторую неделю, кажется, могу даже точно вспомнить, с какого дня.

— Не надо, — следователь непроницаемо смотрел на нее.

— Я не понимаю…

Эту ночь Нина Федоровна почти не спала. Забывалась на короткие мгновения и тут же, измученная, просыпалась, будто что-то толкало ее.

Смерть мужа, внезапный приезд дочери с зятем, удивленное лицо Алексея и еще что-то такое, что тревожило и беспокоило ее…

Едва рассвело, она поднялась. Спустилась со второго этажа на кухню да так и осталась сидеть на стуле, не в силах подняться. Очнулась, лишь услышав шаги в коридоре. Дочь с зятем проснулись.

День, слава богу, начался, и начался он с истерики Веры. Она кричала на мать, вырывала из рук Дмитрия стакан с водой, когда он попытался ее успокоить. Хорошо, хоть Алексей ничего этого не видел, уехал с утра пораньше на завод, сказал: только заскочит на работу и тут же вернется.

Нина Федоровна, отчаявшись унять дочь, махнула на все рукой: а-а, делайте, что хотите, тоже мне, помощнички. Ей лично ни чего не надо, без них обойдется: и в морг сама сходит, и все, что положено, сделает.

Первая неожиданность поджидала ее в морге. Зять все-таки поехал вместе с ней — вроде бы как для поддержки, а Нине Федоровне это было без разницы: зять так зять, пусть хоть что-нибудь для покойного тестя сделает.