Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

 — И, оторвавшись от трубки, сказал Цветкову: — Сейчас найдет. — И тут же снова в трубку — Ну давай. Я пишу."

"Цветков придвинул ему бумагу и положил один из своих карандашей. Серков начал записывать, и Федор Кузьмич с удивлением узнал знакомый адрес, возле бассейна «Москва». Это было важное открытие. Ведь до сих пор по этому адресу ждали Олега Журавского. Впрочем, мнимого Олега Журавского. Следовательно… Но сейчас размышлять было некогда.

— Спасибо, Марлен Денисович, — сказал Цветков. — Возможно, это нам пригодится. А что касается вопросов «как?» и «почему?», то, я думаю, кое-что вам и самому ясно.

— Допустим. Но какая тут перспектива, Федор Кузьмич? По-дружески мне скажите, как говорится, не для протокола.

— Что вы имеете в виду? — сделал вид, что не понимает вопроса, Цветков.

— Ну, я имею в виду, каков выход из положения, что ли.

— В каком оказался ваш сын?

— Вот именно. Но по-дружески, Федор Кузьмич. Кроме всего прочего, вы же понимаете, надеюсь, что для меня лично означает этот суд! Его нельзя допустить, — жестко закончил он.

— Перспективу я, к сожалению, обрисовать вам не могу, — покачал головой Цветков.

 — Следствие не закончено.

— Но кого он, в конце концов, там убил? — раздраженно спросил Серков.

— Следствие не закончено, — ровным голосом по вторил Цветков. — А что касается лично вас…

Но Серков резко оборвал его:

— Ладно. Насчет себя я разберусь как-нибудь сам. А насчет сына…

Почувствовав, что Цветков не склонен чем-либо ему помочь, Серков неуловимо изменился. В голосе неожиданно возникли начальственные интонации и зазвучала привычная могущественная уверенность.

— Насчет сына, Федор Кузьмич, я надеюсь, будет проявлено некоторое снисхождение и следствие не будет… м-м… предвзятым.

Предупреждаю. Найдется кому вас поправить в случае чего. Надо же понимать требования ситуации и целесообразности. Это, знаете, у древних только Фемида была с повязкой на глазах. А у нас она, слава богу, зрячая. Прошу все учесть.

Он прихлопнул крепкой ладонью по столу и пристально посмотрел на Цветкова. Потом неожиданно иронично добавил:

— Кажется, вы только внешне удивительно похожи на Макаренко.

Федор Кузьмич смущенно пожал плечами. Чувствовал он себя в этот момент отвратительно.

Но тут зазвонил один из телефонов. Говорил Лосев:

— Федор Кузьмич, вы еще не освободились?

— Нет.

— У меня гражданин Птицын. Он хотел бы с вами поговорить.

В тоне Лосева чувствовалась обычная веселая энергия, но и некоторое благодушие, которое не понравилось Цветкову.

— Пусть подождет, — хмуро ответил он и добавил: — Я скоро освобожусь.

Серков, рассматривавший что-то на потолке, при последних словах чуть удивленно посмотрел на Цветкова и, когда тот положил трубку, насмешливо сказал:

— Однако.