Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Васильев сообщил: «Тов. Кравцов из партии исключен неправильно, решение о его восстановлении получено. Тов. Кравцов работал бургомистром по моему заданию, проявил мужество и героизм, спас город от взрыва. Представлен к правительственной награде, которая и поступила к нам в отряд. Поздравляю тов. Кравцова с награждением орденом «Знак Почета». Орденский знак и документы переправлю в город.

Васильев.

Верно: майор госбезопасности Королев».

— Читайте, — Данилов протянул шифровку Кравцову, — читайте и помните, что этот запрос на моем месте послал бы каждый. Я не отрицаю, разное было, но все равно людям надо верить, только тогда они поверят вам.

Но Кравцов не слушал его, он плакал.

— Тихонова ко мне, — приказал, открыв дверь, Орлов.

Через несколько минут в кабинет вошел его заместитель Тихонов.

— Вот что, Борис Петрович, немедленно распорядитесь прекратить розыски Кравцова.

— Бургомистра?

— Нет никакого бургомистра, ошибка это. Был наш товарищ, выполнявший задание.

— А основание?

— Шифровка из Москвы.

— Есть.

— Немедленно.

— Есть.

Когда Тихонов ушел, Орлов подошел к Кравцову, приподнял его со стула:

— Ну, брось, брось мокроту-то разводить, ведь не баба ты.

Такое дело для людей сделал... Эх, интеллигенция, интеллигенция. Нет в вас твердости. Все на истериках, даже подвиги. Ну что с ним делать, Данилов, как ты думаешь?

— Товарищ Кравцов, успокойтесь, выпейте воды, напишите подробно все, о чем вы мне рассказывали, особенно о кирпичном заводе. Ну же, ну...

— Я сделаю, а потом, потом я могу идти домой?

— Пока нет. Еще пару дней для всех вы бургомистр Кравцов. Да, кстати, возьмите ваше оружие, я думаю, оно вам пригодится, и очень скоро.

— Я его провожу, — сказал Орлов, он обнял инженера за плечи и повел к дверям, — сейчас напишешь, поешь, поспишь, — ласково, как ребенку, говорил он ему.

Уже выйдя из кабинета, Кравцов повернул заплаканное лицо:

— Спасибо вам, товарищи, спасибо. Я сегодня словно заново родился.

Орлов вернулся минут через двадцать, посмотрел на Данилова, развел руками:

— Ну, Александрыч, ты даешь. Как ты вышел-то на него?

— А чего проще. Я все показания о нем прочел. Смотрю, пособник, а крови на нем нет. Потом газетку достал со статьей Ерохина. Там его ругают сильно, а он в это время на финской мерз.

Ну а потом мне его жена многое рассказала.

— Это когда ты к ней ночью бегал?

— Знаешь?

— Не сердись, служба такая.

— А я не сержусь, понимаю.

— Что ты о заводе говорил-то?

— Неси карту, сейчас покажу.

МОСКВА. Август"

"Начальник МУРа внимательно прочитал рапорт Муравьева. Подчеркнул красным карандашом то место, где говорилось о столкновении Кострова с патрулем, и написал наискось: «Тов. Парамонову. Муравьеву поставить на вид. Думать надо». Действительно, глупо начинать операцию, не предусмотрев такой мелочи.