Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Вот он-то и был, пожалуй, единственной вещью, которая пришлась Данилову по сердцу. За эти годы, несмотря на занятость и войну, он собрал все-таки вполне приличную библиотеку.

— Ну, ты скоро? — На кухню вошел начальник. — А то у меня от запаха картошки слюна течет.

— А может, от того, что на буфете стоит? — засмеялся Данилов.

— Это само собой. Долго настаивал?

— Месяц.

— А лимон где взял?

— Страшная тайна.

— Нет, серьезно, где?

— Кострова помнишь?

— Мишку-то, вот спросил тоже.

— Он раненый в Батуми в госпитале лежал, после ранения ему отпуск дали. Вот он ко мне заглянул и три штуки дал.

Два я Наталье подарил, а на одном литруху настоял.

— Здорово, прямо не водка, а сплошной цитрус.

— А ты откуда знаешь?

— Вкусил полрюмки...

Данилов с усмешкой взглянул на начальника.

— Не вру, полрюмки, хотел узнать, что у тебя получилось.

— Ну и как?

— Невидимые миру слезы, Ваня. — Начальник закрыл глаза и покрутил пальцами в воздухе. — Давай помогу отнести. Ой, грибки-то, грибочки, заохал он из коридора, — где взял?

— Батя прислал! — крикнул Данилов.

— Везучий ты, Ваня, прямо знаменитый русский сыщик Путилин.

Данилов рассмеялся. Он вспомнил маленькие книжки в бумажном переплете, которые тайно читал на уроках в реальном училище. Продавались они по пятаку, и мальчишки жертвовали потрясающе вкусными пирожными и пирожками ради приключений знаменитого русского сыщика. В углу, на обложке каждого выпуска, в медальоне красовалась фотография человека в мундире со звездами и надпись вокруг: «Его высокопревосходительство, действительный статский советник И.А.Путилин, начальник С.-Петербургской сыскной полиции». Лица на фото разобрать было невозможно, отчетливо виднелись только бакенбарды.

Но мальчишки считали, что так и надо. Разбойники, бандиты, шулера и знаменитые аферисты не должны были знать в лицо русского Шерлока Холмса.

Иван Александрович по сей день помнит названия многих из них: «Кровавая маска», «В лапах разъяренных сектантов», «Тайна Сухаревской башни», «Похитители невест», «В объятьях мраморной девы».

Почти все они начинались одинаково: «Ночь была без огней, кошмарно выл ветер».

Он вспомнил похождения Путилина, и мысли у него стали веселыми и добрыми.

Картошка со свиной тушенкой казалась верхом гастрономического искусства.

Грибы были в меру солеными, твердыми и приятно хрустели на зубах.

— Начнем с новостей приятных. — Начальник полез в карман, достал коробочку и квадратную, как муровское удостоверение, книжечку. — Хотел вручить тебе в торжественной обстановке, но решил так, дома, по-семейному. На, поздравляю от души. — Он протянул коробочку Данилову. Тот раскрыл ее и увидел отливающий рубином алый знак, пересеченный мечом, в центре которого был серп и молот.

Данилов взял его, положил на ладонь.