Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

А потом встал и говорит: «Пойду пообедаю. Где тут можно-то рядом?» — «Да на вокзале, говорю. Там ресторан есть». Ну, он и пошел. А перед уходом говорит: «Ох, страшно мне, бабуся». Ушел, и нет его. Ночь пропадал где-то. Я уж думала — все. А он на другой день, к вечеру, вот с Колькой заявился и с красавицей его.

— А где же Леня сейчас?

— Домой уехал.

— Как так — домой?!

— Да так. Как Кольку-то с его кралей повязали, вскорости и Леня приходит. Вечер уж, правда, наступил.

И тут Валя подумал, какую же ошибку они допустили, не оставив в квартире засаду. Они, конечно, не знали, что там же скрывается Леха, они даже предполагали, нет, были уверены, что если Чума с Музой, то Леха с ним не будет И все же это их промах, а точнее его, Валин, личный промах, он руководил операцией.

И вот Леха исчез. Так и придется доложить Кузьмичу.

— …Пришел, значит, — продолжала между тем свой рассказ старуха. — Ну, я ему и преподнесла про дружка его. Он весь аж затрясся. «Спасай, говорит, бабуся». — «Да что же я теперича сделать могу?» — спрашиваю. «Билет ступай мне возьми куда хочешь, говорит, только подальше». — «Может, спрашиваю, тебе на родину взять?» — «Уж какой будет, отвечает, только чтобы, значит, сразу уехать».

Ну, я ему билет и взяла. Той ночью и уехал, грешный.

— Куда же вы ему билет взяли?

— Уж и не помню. За шесть десять. В жесткий вагон.

— Брали на Белорусском?

— А где же еще? Свой вокзал-то.

— И в котором часу его поезд ушел?

— Ушел-то? Да тут же и ушел. Часов, стало быть, в одиннадцать.

— Ну, бабуся, будешь к себе постояльцев водить, и не такого еще душегуба приведешь! — с досадой сказал Валя. — Лучше уж деток своих заставьте помогать. Мой вам совет.

Валя поднялся.

Старуха, по-прежнему сидя на кровати, оглядела его мутным взглядом и с неожиданной враждебностью спросила:

— А ты сам кто такой будешь, милый человек?

— Да вот рассчитывал Леню у вас застать, — неопределенно ответил Валя.

— Привет ему просили передать.

— Из родины его, выходит, будешь?

— Вроде того.

— Он туда приедет, помяни мое слово. Сердце у него там осталось, с матерью, значит. У кого где сердце-то. Вот оно как устроено все.

— Какое у него сердце, — махнул рукой Валя.

— Обыкновенное, — строго сказала старуха. — Как у нас с тобой. У всех оно тепла просит, у всех надрывается, коли чего недоброе сам человек сделает.

Христос учил, нет врагов на свете. Коли я, значит, одно люблю, а он другое, то не враги мы друг другу.

— А коли я у другого чего отниму, тогда как? — спросил Валя.

— Тебе и хуже. Другой-то вещи какой лишился, а ты покоя. У тебя душа с той поры не на месте будет. Днем-то, может, еще ничего, а вот ночью, не приведи господь, какие мысли к тебе придут.

— Эх, бабушка, всем бы такую совесть, — покачал головой Валя. — Ну, прощай пока. А совет мой все-таки попомни.