Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

Обеспеченные люди, получившие от государства отдельную квартиру, сносную зарплату, бесплатный отдых во всесоюзных здравницах, заслуживают уважения, ибо являются прекрасными специалистами, профессионалами своего дела. Такими же, как генерал-майор Пронин в области контрразведки. Представители советской элиты могут зарваться, как Щуровский из того же “Голубого ангела”: инстинкт хозяйчика проявляется в человеке в самые неожиданные моменты. Это путь предательства, приводящий зарвавшегося товарища к краху."

"В “Секретном оружии” Овалов рассказывает историю уважаемой советской семьи — семьи талантливых ученых.

Никакого аскетизма в быту, но и никаких излишеств — условия, помогающие человеку эффективно трудиться. Дилемма двадцатых годов, когда нищенский быт истинных революционеров противопоставлялся жирующим мещанам-нэпманам, больше не актуальна. Социализм “в основном построен” — и материальное положение гражданина соответствует его вкладу в общее дело. Даже американские шпионы удивлены рациональной организацией советского общества. Им, акулам капитала, скучно в отсутствии звериной конкуренции. Они привыкли к острым ощущениям, привыкли стремиться к колоссальному обогащению — больше, больше, больше… Это не потребность в достатке, это фанатическое служение золотому тельцу. Именно такими представлялись Овалову американцы в “Медной пуговице”, и в “Секретном оружии” он продолжает тему. Верные слуги желтого дьявола, бизнесмены, связанные с разведкой, и разведчики, сколачивающие капитал, — вот американский контингент романа. Все они кажутся учениками генерала Тейлора из “Медной пуговицы”. Но не все так просто, имеются и психологические нюансы: у некоторых американцев порой просыпается совесть. Главный герой из числа американских шпионов, судьбу которого мы прослеживаем с юности, не лишен обаяния. Он — профессионал, преданный своей присяге. Но ему противны грязные методы американской разведки, да и покровительственные начальственные похлопывания по плечу претят этому молодому человеку. Мир наживы превратил его в “раба лампы”, в робота международного шпионажа — и в этом Овалов видит очередную “американскую трагедию”.

В “Секретном оружии” Овалову снова не изменяет фантазия.

Интрига с похищением советской ученой и подброшенный фальшивый труп — это, конечно, замысловатая загадка. В былые года о подобных преступлениях майор Про­нин говаривал: “Задумано было тонко, но враг не учел одного: где тонко, там и рвется”. Получив генеральское звание, Иван Николаевич не стал наивнее. Он сразу почуял подвох, не поверив в гибель героини. А ей тем временем внушали, что она уже в Америке, что вокруг — не подмосковные перелески, а какая-нибудь Оклахома.