Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

Человек улыбнулся и пересел ближе. О чем-то спросил. Я отчаянно замотал головой: мол, не понимаю. Он показал рукой на свой рот. Ага, просит закурить…

Я молча вынул из кармана пачку папирос «Беломор» и предложил ему.

— Рус, И-ван? — обрадовался незнакомец.

— Точно.

— Гут… — Незнакомец кивнул на пачку сигарет.

— Да.

— «Бельмор»? Карош.

Незнакомец торопливо закурил, сделал подряд две глубокие затяжки.

— Вы знаете русский язык?

— О, мало, забиль… Рус… Плен… Понимайт?

— Понимаю. Долго?

— Что? — переспросил незнакомец.

— Долго были в России? Айн, цвай, драй… — И я показал на пальцах.

— А! Годь — Моськва, годь — Стальнград. Стройка. Понимайт?

— Москва. Сталинград. Стройка, — повторил я.

— Яволь. Вы Моськва?

— Да! — ответил я.

— О, Моськва — карош город. Простор. Метро, — искренне заговорил австриец.

— Понравилось вам у нас?

— О! Отшень. Рус… народ… карош… Зер гут,

— Кто вы? Где работаете?

Австриец внимательно посмотрел на меня, ожидая более понятных слов.

Я повторил вопрос, поясняя, что возможно, на руках.

— Я, я, понимайт… Путцер… Стукатур.

— Штукатур? Да?

— Я! Я! штукатур, штукатур.

— Сантехник, — гордо сказал я.

— Сань… техник… Коллеги… — И незнакомец, улыбаясь, протянул мне руку.

— Точно…

— Карошо. Гут… — И он уже почти дружески похлопал меня по плечу.

— Что вы здесь делаете? — Я показал ему на скамейку. Незнакомец сразу помрачнел, задумался, очевидно подбирая нужные слова.

— Нет работ, — наконец обреченно произнес он.

— Безработный?

— Яволь. Безработный.

— Давно? — спросил я.

— А? — не понял австриец.

— Айн, цвай, драй?.. — Я опять стал загибать пальцы.

Он, как я понял, ищет работу два года. И каждый день после посещения биржи труда бродит по фирмам и домам, а всю остальную часть дня просиживает в парке. Я поинтересовался его семьей.

— А-а. Поньял. Драй. — Незнакомец показал три пальца.

— Трое?

— Яволь. Три.

— А живете как? — задал я совершенно глупый вопрос,

— Плёхо.

— Дом есть?

— Дом? — не понимая моего вопроса, повторил австриец.

— Хауз, хауз, — вспомнил вдруг я это слово.

— А-а. Дом?! Плёхо. Кап-кап. Понимайт? Дети больной.

— Течет?

— Я, я, течьет.

Странный человек… Комната протекает, а он дремлет в парке. Жильцы меня бы из-под земли вытащили.

— Надо ремонт сделать, — посоветовал я.

— Ремонть? Нет денег.

— Сколько комнат?

— Айн, маленько, плёхо. Понимайт?

— Одна?!"

"С ума сойти!.. От шикарной обстановки, в которой я жил у Зори, от роскошных ресторанов и комфортабельных машин я, вероятно, совсем ослеп.

Этого безработного я встретил в центре города… На окраинах мне побывать так и не довелось.