Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

— Возможно… Но сейчас не тот вроде бы резон, — отвечает Насонов.

— Почему? — словно на экзамене допытывается полковник.

— Слишком большой риск. А во имя чего? Есть более безопасный способ передачи — тайник. Михаил Петрович, а на улице начинается дождь. — В голосе Насонова звучат радостные нотки.

Полковник при этих словах быстро подошел к окну.

— Наконец-то дождались, — говорит он, задерживаясь около Насонова.

Подошел и я. Все мы обрадовались долгожданному дождю. Лето в этом году выпало жаркое, засушливое. В лесах Московской области уже кое-где отмечались пожары.

— Вот вы говорите, что риск в данном случае как бы не соответствует обстоятельствам сложившейся ситуации. А знаем ли мы, что на данном отрезке времени они затевают по ту сторону? — спрашивает полковник, возвращаясь с Насоновым на прежнее место.

Я тоже последовал за ними.

— Понимаю, — отвечает Насонов.

— Надо быть готовым ко всему. Подумайте, как понадежнее обеспечить Алексею Ивановичу встречу, — говорит полковник, усаживаясь на диван.

Мне не терпелось, как и в прошлый раз, задать вопрос: «А почему я должен быть у метро именно в 18 часов 10 минут? Зачем тут еще минуты? Куда проще ровно в 18 часов — и никаких гвоздей».

— Учтите, Владимир Николаевич, время встречи не случайно выбрано в час пик, — словно отвечая на мои мысли, замечает полковник и, обращаясь ко мне, говорит: — Ваша задача — не суетиться, вести себя естественно, непринужденно, а главное… — И полковник начал мне объяснять, что я должен делать в ситуации, в которой, возможно, могу оказаться. — Знайте, мы будем рядом, — заключил полковник и, теперь уже обращаясь к Владимиру Николаевичу, заключил: — Предусмотрите на всякий случай наблюдение за Кротом.

Я слушаю диалог между чекистами и думаю: какими же надо обладать качествами, чтобы, вовремя уловить, разгадать и обезвредить ход противника. И еще большим уважением я проникаюсь к ним.

Мы втроем находимся на квартире Владимира Николаевича и подводим некоторые итоги пройденного пути. Он меня заранее предупредил о встрече с полковником, и я, идя на нее, очень волновался. Я до мелочей помню первое наше знакомство с ним, разговор, который произошел в его кабинете на Лубянке, и его напутственные слова.

Тогда я еще обратил внимание на его манеру повеления. Он, как и сейчас, был сдержан, строг и внимателен. В его глазах светились ум, проницательность, энергия и какая-то необъяснимая притягательная сила. Он словно завораживал вас, проникая взглядом в самые потаенные уголки души.

— Как обстановка дома? — спросил меня полковник, когда мы закончили деловую часть разговора.

— Нормально.