Апельсиновый сок

 – Тебе предстоит серьезная операция, и послеоперационный период будет тяжелым. Считай, что отдельная палата необходима тебе по медицинским показаниям.

«Он не хочет, чтобы я умирала на глазах у других пациентов, – догадалась Вероника. – И он, конечно же, прав».

…А пока она не могла надышаться неожиданно свалившимся на нее счастьем и смаковала каждую его секунду.

* * *"

"Марьяша, объявив, что ей надо отдохнуть перед завтрашней операцией, вместе с мужем удалилась к себе в комнату, захватив горку оладий с яблоками, приготовленных Натальей Соломоновной. Сама Наталья Соломоновна уехала домой, в сотый раз напомнив Веронике, где лежат вещи, которые завтра надо взять в больницу.

Вероника с Громовым сидели на кухне, курили и беззаботно болтали о разной ерунде.

Внезапно раздался звонок в дверь.

– Кто бы это мог быть? – спросил Громов.

– Думаю, это моя сестрица, – предположила Вероника и не ошиблась.

В последнее время Надя перестала мучить Веронику своими визитами, довольствуясь разговорами по телефону. После того как стали известны результаты компьютерной томографии и выяснилось, что время для операции упущено, она продолжала настаивать на химиотерапии. Разговоры неизменно заканчивались вопросом, встала ли Вероника на учет у районного онколога, и Вероника каждый раз обещала сделать это при первой же возможности. О предстоящей операции она не сообщила Наде из суеверия. Кроме того, она сама считала операцию авантюрой и знала, что Надя, конечно же, не может ее одобрить.

«А если я умру, никто не помешает ей написать на Колдунова жалобу! – вдруг сообразила Вероника. – И еще неизвестно, чем это для него закончится. Нет, пожалуй, мне умирать нельзя».

В прихожей Надя разделась и пошла на кухню, где мирно дымил в форточку Громов.

– Будем знакомы. Меня зовут Лука Ильич, – вежливо представился он. – Вы будете пить чай?

– Вероника, объясни мне, что здесь происходит! – В голосе сестры моментально зазвенел металл. – Почему на кухне посторонний мужчина? Ты что, вместо того чтобы лечиться, ударилась в разврат?

– Это моя кухня, Надя, а это мой муж. И я не должна ничего тебе объяснять.

– Что значит – муж? По-моему, совсем недавно ты собиралась замуж за другого!

– Собиралась за другого, а вышла за этого! – Вероника опасливо покосилась на Громова, но, кажется, упоминание «другого» не произвело на него никакого впечатления.

– Но как ты не понимаешь, в твоем положении нельзя выходить замуж! Тебе надо лечиться! Я надеюсь, что ты одумаешься…

– Поздно, – улыбнулась Вероника и наступила под столом на громовскую ногу.

Надя внезапно побелела как полотно.

– Что значит – поздно? Может, ты скажешь, что вы официально расписались?

– Да, именно это я и скажу.