Ареал 7–8: Один в поле не воин. — Что посеешь

Чаще всего пули увязали в расположенных на пути аномалиях, но когда очередь всё же достигала цели, мощные «Дыроколы» «Печенега» прогрызали защиту, и противник выбывал из строя. К концу пятого часа боя сателлитовцы и их союзники потеряли убитыми и ранеными более тридцати человек и неожиданно отвели штурмовые группы в руины Городка, пряча их от пуль Медведя. Грохот стрельбы стих, и вызов Базальта, раздавшийся в эфире, прозвучал неожиданно громко:

– Медведь, что там происходит? Видишь их?

– Отходят в развалины. – Здоровяк осторожно выглянул из-за разбитых в каменный мусор кирпичей, и рядом тут же засвистели пули.

Что-то ударило вскользь по шлем-сфере, заставляя майора снова упасть на покрытый кирпичным крошевом пол, и остатки кладки в десяти сантиметрах перед его головой брызнули фонтаном красных осколков, расцветая пулевым отверстием. Снайперы противника били из крупнокалиберных винтовок прямо через стену.

– Посмотреть не могу, снайперы пристрелялись! – Медведь отполз под защиту вакуумника. – Наверное, перегруппировываются. Мы им попили крови. У меня патронов осталось две ленты.

– Сбрось трос, я подвяжу к нему новые ленты, – ответил Базальт. – Десять штук есть.

– Откуда такие сокровища?

– Девчонки внизу снаряжают. Айболит выдал им снаряжательные машинки, Бэмби перетаскала на минус второй ящики с патронами, так что пока держимся.

– Бэмби? – фыркнул Медведь. – Что, её уже простили?

– Да ладно тебе, – устало ответил Базальт. – Девчонка не виновата, чего её гнобить. Попала так же, как мы. Да и таскать больше некому. Никите руку пулей зацепило, из остальных она самая сильная.

– Сейчас трос сброшу.

 – Медведь перевернулся на спину и нашарил рукой аптечку. – Его бы ещё найти! – Действие обезболивающего проходило, и в простреленную пятку всё сильнее вгрызалась боль, немедленно отдаваясь в пробитой икроножной мышце второй ноги. – Пять секунд подождите.

Здоровяк, кривясь, достал нужный шприц-тюбик и вколол его прямо в рану через разорванную «Эмку». Боль резко вспыхнула и начала быстро стихать, сходя на нет с тихим свистом. Чем слабее становилась боль, тем громче звучал свист, и Медведь задрал голову, выхватывая глазами тёмную точку, быстро падающую с неба на землю.

Здоровяк инстинктивно дёрнулся, прижимаясь к вакуумнику, и миномётная мина с протяжным воем ударила в крышу. База содрогнулась от взрыва, расцветая клубами жёлтой пыли и кирпичного крошева. Следующая мина угодила точно в Воронку, растворяясь с тихим чавканьем, третья врезалась в вакуумник, разнося его в куски, и в этот момент крыша обвалилась. Медведь рухнул вниз, инстинктивно прижимая к себе пулемёт, и с размаха ударился о куски битого бетона.