Слепая зона (СИ)

— Эй. Ну я тоже хочу устроить свою жизнь. Зачем мне какой-то неудачник?

Он поднимает глаза, мы смотрим друг на друга. Платон — не моргает, а я, напротив, принимаю самый невинный вид и хлопаю ресницами. Он явно борется с собой, из последних сил пытаясь выглядеть оскорбленным, но сдается — уголки тонких губ словно нехотя приподнимаются. Мои следом. Наши глаза уже смеются, но рты — неподвижны.

Через секунду срываемся оба! Громко хохочем, продлевая себе жизнь и снижая градус напряжения. Платон качает головой.

— Верю, малыш. Я понимаю, что не герой романа. Даже айфон тебе не купить, у тебя ведь самый дорогой телефон из всех существующих!

Прыскаю. Вот дурак.

— Да. Купить меня сложно. Мои отец с братом за этим пристально следят.

— Я не могу в моменте найти решение. Вроде бы рассчитал логично: неделю занимаемся пластиком, в пятницу защищаемся, в выходные снимаем рекламу. Но вылезла куча нюансов. Марсель не может дособрать мустанг к съемке, и виноват в этом, блядь, естественно, я. Про проволочки с пластиком сама знаешь. За неделю способ очистки не меняют. В итоге я не успеваю нигде. Жопа какая-то. И все это на глазах женщины моей мечты. — Платон округляет глаза, разглядывая крошки на скатерти.

— Раньше ты справлялся, потому что тебя прикрывал Егор. И у тебя не было женщины мечты.

— Я уже думал об этом. Ты мне очень мешаешь.

Обнимает он, вопреки сказанному, крепко.

— Верю. Ты физически с меня не слазишь.

— Что есть, то есть, — цокает Платон языком. — Впервые в жизни мне пиздец как хорошо, хотя я испытываю постоянное раздражение из-за ситуации и неудовлетворенных амбиций. У пилотов есть правило: ты хорош настолько, насколько хороша твоя последняя гонка. Я пришел первым, но не делаю на этом карьеру и недостаточно тренируюсь.

— Чего хочешь ты сам?

— Сейчас я хочу просто трахать тебя.

— Вообще-то это похоже на срыв.

— Похоже, он и есть.

Вот к чему приводят прыжки через классы. Вздыхаю. Мужик гениален в науке и спорте, при этом ему реально кажется, что он находится в жопе. На полном серьезе. И все, чего он хочет, — заниматься сексом."

"Некоторое время я ощущаю себя ошеломленной, потому что не привыкла к таким разговорам и не понимаю, как реагировать. Пытаюсь найти, в каком моменте Платон мной манипулирует, и не могу.

Происходящее — не по сценарию. Пока он пишет Дарине, что задерживается и чтобы начинали готовиться к презентации без него, кусаю губы.

А потом решаюсь:

— Давай я тебе помогу.

— Как же?

— Ну... — улыбаюсь, продолжая ерошить его волосы, и Платон, как котяра, блаженно прищуривается. — Втащить механикам и отрепетировать рекламу на полусобранном мустанге у меня вряд ли получится достойно. Но зато я могу провести презентацию.

Он смотрит на меня подозрительно.