Архитектура любви

Он ухмыльнулся и сунул руки в карманы брюк.

Лера пыталась понять, в каком он настроении, но во взгляде Стаса совершенно не читалась агрессия. Он поднял голову, посмотрел на дом, в котором Лера уже много лет снимала студию, и снова повернулся к ней:"

"– Ты когда-нибудь найдёшь себе приличное жильё или так и будешь ютиться в этой каморке?

– Что тебе нужно?

Стас опасно улыбнулся и мягко, словно рычащий хищник, произнёс:

– Мне хотелось бы узнать, какого чёрта ты устроила весь этот цирк с аудиозаписями? Филатов выжрал мне весь мозг и лишил квартальной премии.

Лера хохотнула:

– И ты жалуешься?! Тебя ведь даже не уволили! Что за гнилая контора у вас?

Стас закатил глаза:

– Да-да. Я слышал, что очкарику повезло меньше. Не боишься теперь вечерами по улицам ходить?

– Моя совесть чиста. А теперь разреши мне пройти, – Лера захлопнула багажник и попыталась обойти Стаса, но он мягко толкнул её обратно к машине и положил руки с двух сторон от Леры на сверкавший чистотой серебристый кузов Мерседеса. – Что ты делаешь?! Хочешь вытрясти из меня потерянную квартальную премию?!

– Плевать я хотел на премию, – Стас сменил ухмылку на серьёзное выражение. Только одна бровь так и осталась предательски выше другой. – Я хочу, чтобы ты вернулась ко мне.

Лера почувствовала паническое удушье, как от удара в солнечное сплетение.

– Чтобы я что?..

– Вернись ко мне.

Её мозг отказывался верить в происходящее.

– А мы что, когда-то были вместе?

– У тебя провалы в памяти?

– Если у кого-то они и есть, то явно у тебя. Мне было сказано, что мы действовали по сценарию “просто спим”. Кто же это был? Дай-ка подумать… Ах, да. Это был Станислав Багрянцев. Знаешь такого?!

Стас напряг челюсти:

– Как тонко…

– Мы с тобой никогда не были вместе! Так что и возвращаться мне некуда, – Лера попыталась высвободиться из заточения и пихнула его руку. Но мышцы Стаса были напряжены так сильно, что её пальцы хрустнули, словно она ударила по камню. – Ой!

– Прекрати.

– Выпусти меня.

– Нет.

– Я закричу.

– Давай. Я люблю, когда ты кричишь.

Лера оскалилась:

– О! Да ты, оказывается, знаешь такое слово?!

Стас сделал глубокий вдох и заговорил так, будто он был терпеливым учителем, а Лера – своенравной непоседливой ученицей:

– Я приехал не зубоскалить. И не соревноваться в остроумии.

– Я вообще не понимаю, какого хрена ты приехал! Извини, у меня дела.

Но Стас так и не сдвинулся с места. Теряя самообладание, Лера воскликнула:

– Отпусти меня!

– Не могу.

– Уж постарайся!

– Если честно, я рассчитывал, что вместо игр с диктофонами ты согласишься на моё предложение. И потом останешься.