Армагеддон: Омнибус

Крупнокалиберный фугасный снаряд врезался в болото прямо перед космическими десантниками. Взрывная волна взметнула четырёхметровую стену грязной воды, забрызгав рыцарей, и обрушив на них комья чёрной грязи и торф с камышами. Но Храмовники не замедлили шаг, а наоборот ещё быстрее бросились в сторону тёмной бесформенной линии деревьев. Здесь нависавшие мрачные джунгли встречались с затянутыми туманами огромными болотами, которые создавали буферную зону между Зелёнкой — как говорили в местных полках Охотников на орков — и неторопливой рекой Минос.

Сквозь испарения топей — размытые очертания совмещались с оранжевыми каркасными моделями, которые проецировали таинственные авточувства увенчанного венком шлема — Ансгар видел огромных фыркающих чудовищ, приближавшихся к линиям имперских танков и военных шагателей.

Громкий звериный рёв и низкое гортанное рычание в густом тумане звучали ещё сверхъестественнее и страшнее.

На краю визора замигали предупредительные руны. Одна из каркасных моделей стала красной — когитатор доспеха пытался повторно воссоздать изображение существа, которое быстро приближалось к космическим десантникам.

Оно было слишком близко, слишком огромно и невероятно стремительно, чтобы оказавшиеся посреди трясины и облачённые в тяжёлую броню воины сумели уклониться. А затем оно обрушилось на них сверху всеми бивнями, рогами и растопыренными ступнями…

Красная молния расколола тёмные муссонные облака на западе. И именно на западе находилась их цель.

— Похоже, радиационный шторм застигнет нас в самом сердце джунглей, — недоверчиво произнёс Ансгар. Его слова доносились, словно издалека и были какими-то искажёнными.

 — Нам едва удалось избежать такого же метеорологического монстра в ядовитых пустошах за пределами цитадели Клейна.

Но как он мог оказаться в экваториальных ливневых лесах? Радиационные штормы Армагеддона — нечестивый результат тысячелетий необузданного промышленного загрязнения всей планеты и нескольких разрушивших экологию войн. Храмовник понимал, что обычно они не выходили за пределы пепельных пустошей Прайма и Секунд.

— Это — не радиационный шторм, — мрачно ответил Вольфрам. — Разве ты не чувствуешь их? Болезненные миазмы в воздухе?

Ансгар чувствовал.

Он чувствовал их и раньше, но только не в присутствии орков.

Он столкнулся с ними во Вратах Дуранона на реликтовом мире Казалт. Испытал во время защиты Храма Бессмертного Императора на Макарис Тертии. Чувствовал на борту “Красной Резни”, когда рыцари Бранта брали на абордаж крейсер предателей.

Это было отвращение от мерзкого коварного присутствия Хаоса.

Изображение потемнело и растянулось, по нему побежали волны, а затем снова обрело чёткость.