Запасная дочь

Да они и не знали другой жизни! Спрос на правильно воспитанных, послушных и преданных хозяину полимагов значительно превышал предложение.

Но не все семьи оказывались готовы расстаться с неправильным ребёнком, и время от времени появлялись взрослые полимаги — Ассорбиторы или поглотители, как их теперь называли. Появлялись, отнимали магию у обычных одарённых и поддерживали легенду о своей преступной и ущербной натуре.

И только сейчас, спустя восемь лет после реформ Лотара Восьмого, на полистихийников перестали коситься!

Да, наделал первый правнук дел!

Но хорошо, что хорошо кончается.

— Релле, пять минут, и я закончу, — извиняющим тоном произнёс король Лотар Восьмой, Алан Ренард Дамиан, герцог де Тракай. — Мне осталось всего ничего.

Призрак кивнул и вернулся к воспоминаниям.

После покушения герцогини семья де Монтено лишилась доверия, должностей и права находиться в столице, полным составом отправившись осваивать дальнюю провинцию. Прево стал простым губернатором Отрожьих Гор. Кстати, хорошим губернатором — с его лёгкой руки провинция процветает, развивается, прирастает населением и доходами.

А коннетабль занялся выращиванием пшеницы, земляного ореха и молочных коров особой породы.

Релле отметил себе, что надо будет напомнить Алану — пора Монтено поощрить. Например, пригласить Шарля с женой на праздник Перелома года, а Поля наградить за всё увеличивающиеся поставки продовольствия.

— Всё, идём! — король взмахом руки отправил листы в услужливо распахнувшийся шкафчик, где его величество хранил особо ценные документы.

Релле проследил, как дверца захлопывается, и шкаф окутывает голубоватое сияние охранных заклинаний.

Через пару мгновений оба мужчины — почти живой призрак и вполне живой, но довольно уставший его потомок, очутились в родовом замке.

— Переоденусь, загляну к детям, а потом к Даниэль, — мечтательно пробормотал король. — Как сегодня Никэ?

— Зубки режутся.

— Значит, опять не спать, — вздохнул Алан. — Странное дело — нам подвластно почти всё, можем сдвигать горы, перемещаться в пространстве, из ничего творить вещи, но не способны облегчить ребёнку процесс прорезывания зубов!

— Молчаливый мудр, а жизнь — лучший учитель. Свет и Тьма идут по ней рука об руку и оттеняют одна другую.

Не было бы ночи, мы не ценили бы так день. Только тот, кто знает боль, не станет причинять её другим. Малыш справится, как справлялись до него все предыдущие поколения."

"Ренард кивнул прадеду, мельком отметил, что тот снова впал в глубокомысленные рассуждения, и поспешил к семье.

Дани не спала — баюкала на руках второго сына.

— Т-ш! Только заснул, — предупредила она мужа. — Лекарь помазал его дёсны мазью, и Никэ сразу стало легче. Устал? В гостиной под стазисом ужин.