Бабочка под стеклом

— Мне скучно.

— Эля, иди к маме. Я работаю.

Девочка снова на Наталью посмотрела, той даже показалось, что с вызовом. Потом к Диме подошла и уцепилась за его свитер. Просто вцепилась и так замерла, отвернувшись ото всех. Наталья наблюдала за ней с недоумением, не понимая, чего девочка добиться хочет. Дмитрий, кажется, перестал на неё внимание обращать, снова заговорил о работе, а Эля так и стояла, лбом к его боку прижавшись, а спустя несколько минут начала переступать с ноги на ногу, как бы пританцовывая, и, кажется, даже бормотала что-то себе под нос или напевала.

Уходить, явно, не собиралась, и только время от времени кидала на Наталью оценивающие взгляды. Ждала чего-то, и только когда Гранович документы отложил и сказал, что оставшиеся вопросы они решат завтра, на работе, Наталья поняла, чего именно Эля ждала. Как только Дима от стола отодвинулся, девочка тут же к нему потянулась, подняла руки, и он её к себе на колени посадил. Эля довольно заулыбалась и принялась на столе порядок наводить. Дмитрий важные документы убрал в стол, а на столе вскоре, благодаря детским усилиям, образовался хаос.

— Она похожа на мать, — сказала Наталья, не удержавшись.

А Дима коснулся темных кудряшек на голове девочки.

— Да, только характер не Маринкин. Это же егоза натуральная. — Он девочку потормошил, но та не рассмеялась, как обычно, а снова на Наталью посмотрела. Та же про себя понимающе усмехнулась. Маленькая, а уже территорию делит, и весьма успешно, надо сказать. У Дмитрия на шее повисла, и даже когда он Наталью до двери провожал, Элю на руках держал, потому что та просто-напросто отказалась от него отрываться.

— Увидимся завтра, в офисе.

— В офисе?

— Да, а потом в ""Стелс"" поедем.

Только не опаздывай, Наташ, хорошо?

— Ну, если ты так просишь, — усмехнулась она, правда, не слишком весело. И повысив голос, попрощалась: — До свидания, Марина Николаевна.

Марина выглянула из кухни и вежливо кивнула.

— До свидания.

— Пока, Элина. — Она рискнула коснуться подола платья девочки, та никак не отреагировала, только Дмитрия за шею покрепче ухватила. И после этого, Наталья не удержалась и напоследок Грановичу улыбнулась и, понизив голос, сказала: — До завтра, милый.

""Милый"" ухмыльнулся и закрыл за ней дверь.

Посмотрел на Элю, та на него, и тут же из его рук выворачиваться начала. Дима опустил её на пол, и насмешливо поинтересовался:

— Что, больше я тебе не нужен?

— Мама, можно мне конфетку? — завопила Элька вместо ответа и унеслась прочь. — Мама, ты где?

— Что ты кричишь? — Марина навстречу дочери вышла.

— Можно мне конфетку? Чтобы белая внутри была.

— Возьми, но только одну. Для конфет уже слишком поздно.

— Как для конфет может быть поздно? — посмеиваясь, поинтересовался Гранович.