Бабочка под стеклом

Марина ратовала за домашний вкус, а повар за правила в местах общественного питания. Дима наблюдал за ними минуту, точнее, даже не за ними, а за Мариной, за тем, с какой горячностью она вела разговор, но в то же время довольной выглядела, на щеках румянец, а его когда увидела — замерла. И почти тут же забеспокоилась, среагировав на его хмурый вид.

— Дима. Дима, ты когда приехал?

Он глаза от её лица отвёл, заметил любопытные лица сотрудников, и вместо того, чтобы Марину обнять, о чём мечтал, срываясь вчера вечером в дорогу, кивнул в сторону.

— Пойдём в мой кабинет. Или ты занята?

От его тона она ещё больше растерялась и насторожилась. Но за руку его взяла.

— Пойдём. Дим, что-то случилось?

— Не знаю. Но очень узнать хочу.

Пока через весь магазин шли, Марина начала успокаиваться. Димка хоть на неё и не смотрел, но сразу на неё плохие новости вываливать не стал, и это давало определённую надежду. А она сейчас морально подготовится, и всё воспримет спокойно, и поддержит его во всём, во всём. Ведь самое главное, что вернулся, что здесь, и это двухнедельное ожидание, наконец, закончилось. Марина крепче в его руку вцепилась, на Грановича посмотрела, и ей так захотелось остановить его, вот прямо посреди зала, и попросить его её обнять.

— Дима.

Он дверь своего кабинета перед ней открыл, услышал своё имя, и брови вопросительно приподнял, словно не ожидал, что она к нему обратится.

— Ты мне не сказал, что вернёшься сегодня.

— Да, зря, наверное.

— Почему зря? — Они остались одни, и Марина его сразу к себе потянула, взявшись за отвороты его куртки. Дима к ней шагнул, в лицо её всматривался, потом руку поднял, и щеки её коснулся.

— Всегда знал, что сюрпризы — это зло.

— Какие ещё сюрпризы? — Марина едва слышно проговорила это, почти ему в губы, всё ждала, когда он её поцелует, сама к нему тянулась, но Дима отчего-то тянул.

— Глупые.

— Дима, — снова повторила она его имя. Пальцем его подбородка коснулась, и этим просто вынудила Грановича её поцеловать. И заулыбалась, когда он отстранился, дыхание у обоих сбилось. — Ты мне вчера не сказал ничего, как ты мог?

— Откуда же я знал, что ты с утра раннего сбежишь?

— Беру с тебя пример. — Марина прижалась к нему, обняла, а Дима губами к её лбу прижался.

— Не бери, не надо.

— Да? — Она рассмеялась. — Хорошо, приму к сведению. — Отодвинулась немного и по руке его погладила. — Сейчас я закончу, и поедем домой. Душ примешь, я тебя накормлю…

— Я там уже был.

Он специально это сказал, и почувствовал, как Марина насторожилась, даже напряглась в его руках. Голову подняла.

— Да? Детей видел?

— Видел.

— Они так скучали по тебе…

— Марина, какого… он утром там делал?!

— Тише, не кричи.