Бабулька на горошине

Повезло, что отец решил со всеми ужинать! Он дома редко ел! Свет я не зажигала, быстро в печку дров подкинула побольше, закрыла вьюшку, уехала в Москву и вышла из машины на том же месте, где села. Все.

– Больше тебе нечего рассказать? Если я выясню потом, что не все сообщила, мигом отрежу от денег. У меня вопрос: почему тебя Серафима Андреевна не заметила? Лифтерша всегда на ночь входную дверь запирала на задвижку. Начнешь ее отодвигать, она громыхает, Сима из квартиры выбегает и спрашивает: «Кто? Куда?»

– Я ее чаем угостила.

– Каким?

– Твоим. Дорогим. Фруктовым. Вызвала такси, в программе время ожидания машины указали – тридцать минут. Я взяла чашку, накапала туда митупродоналола, печенье прихватила и отнесла Серафиме, сказала: «Мама вас угостить хочет». Она обрадовалась, сразу стала пить, хвалила: «Никогда такой вкусный не пробовала». Я ушла домой, а когда машина приехала, спустилась на первый этаж, щеколду открыла, бабка не выскочила. А Людмилы дома не было, она всегда где-то шляется!

– Господи! Ты отравила консьержку!

– Нет!

– Подлила ей отраву!

– Просто чуток добавила для сна. Не хотела ее убивать.

– Но Серафима Андреевна умерла.

– Я тут вообще ни при чем. Она жутко старая была. И я не отраву подлила, а лекарство успокаивающее для кур. Вредная бабка от возраста откинулась."

"– Господи! Мила-то не придумала про то, что Серафима умерла после того, как чай выпила. Ты чашку, в которой напиток принесла, забрала?

– Нет. Старуха из нее пила, когда я ушла.

– Внучка увидела чашку и догадалась, кто ее бабушку угощал. Я Симе частенько чай приносила.

– И чего? Подумаешь, кружка. Я сто раз бабке еду притаскивала от тебя, и она не помирала. Просто старая была! Я тут вообще ни при чем.

– Боже!

– Что?

– Господи!

– А теперь чего? Я все рассказала.

– Боже! Я в тот вечер после ужина спать так сильно захотела, что еле до комнаты дошла. Очнулась на другой день, глазам не поверила, когда на будильник глянула. Он почему-то был отключен. Ты мне в чай тоже лекарство подлила? Отвечай.

– Совсем чуть-чуть! А что делать-то? Вдруг ты проснешься ночью и увидишь, что меня нет.

Тишина.

Я решил, что беседа окончена, но тут раздался голос Насти:

– А когда я на Мальту улечу? Вещи у меня новые будут для поездки?

Татьяна взяла айфон.

– Конец истории. Не ищите убийцу моего брата, невестки и племянников. Этот человек находился все время рядом.

– У меня создалось впечатление, что девочка вас очень любит, – пробормотал я. – Помните, как она хотела защитить вас, когда внучка покойной консьержки примчалась со скандалом? Запаслась грозным оружием – ложкой для обуви.

– Не обольщайтесь, Иван Павлович, – грустно произнесла наша клиентка. – Настя талантливая актриса, гениальная врунья, она стопроцентный Яков, думает только о своей выгоде.