Тройняшки не по плану. Идеальный генофонд

 — Роме можешь позвонить? Уверен, что эта… девчонка, — вновь себя сдерживает при детях, — не упустила шанс у него остаться.

Киваю, нахожу контакты фитнес клуба, выбираю сотовый — и передаю Туманову. Стараюсь не вникать в его разговор, лишь мельком поймав информацию об Асе. Значит, я неправильные выводы об Адаме сделала утром. Впрочем, это ничего не меняет.

— Ваша пицца, — официантка ставит на середину стола блюдо, а сама улыбается Адаму и заметно кокетничает. При нем девушки начинают вести себя неадекватно. Причем делают это будто машинально. На инстинктах.

Но Туманову не до «юной соблазнительницы».

Вместе с Ксюшей они синхронно опускают глаза на пиццу, задерживают дыхание и морщатся одинаково.

Вдохнув, впускаю в себя запах — и виновато на дочь смотрю. Не уследила. Зря Адаму заказ доверила.

— Мамочка, меня сейчас стошнит, — жалобно тянет Ксюша. И нос зажимает пальчиками.

— Аналогично, — поддерживает ее Адам и отдает блюдо официантке. — Переделайте. Я просил без лука и болгарского перца, — тон становится жестче, чему девушка явно не рада.

— Фу-у, — Ксюша закрывает рот ладонями.

Василиса принимается лихорадочно махать руками, чтобы прогнать резкие запахи.

Потому что слова дочки о тошноте — не каприз и не пустая угроза. Есть продукты, которые Ксюша не воспринимает настолько, что мы всей семьей от них отказались.

— Я окошко открою, — подскакивает Макс с места.

Надо сыну помочь. И дочь отвлечь. А я в ступор погружаюсь. Не могу глаз отвести от Адама и Ксюши, которые двигаются одинаково. И мимика похожая."

"— Дыши, принцесса, и руки вытри, — совладав с собственным отвращением, Туманов пытается ребенку помочь. — Влажные салфетки вонь перебьют, — смеется он и сам ладошки ей протирает.

Ксю хихикает в ответ. Отвлекается, смущается от оказанного ей внимания и подавляет рвотные позывы.

— Ух, пронесло, а то бы сейчас ка-ак… — с преувеличенным облегчением выдает Васька и тушуется под обиженным взглядом сестры.

Пиццу на замену нам приносят молниеносно, видимо, чтобы не гневить Адама. На этот раз без «запрещенных» добавок. И Ксюша как ни в чем не бывало принимается за еду. Ковыряет свой кусочек Васька — у нее никогда нет аппетита, хоть что ей предложи.

А вот Макс жадно накидывается на завтрак, плавно перетекающий в обед.

Ест с охотой, забыв, что должен сохранять каменное лицо перед Тумановым. Но пицца оказывается лучше, чем их невидимая война.

На протяжении обеда мы с Адамом практически не разговариваем. Лишь изредка перебрасываемся задумчивыми взглядами.

И кафе покидаем молча. Даже дети затихают, плетутся медленно, шаркая ножками, выглядят утомленными, как вареные раки.

На парковке нас встречает Роман, приглашает Адама в свою машину с водителем, а сам не слишком уверенно на ногах держится.