Бегущий в Лабиринте (Трилогия)

Отдашь ли ты свой мозг во имя благой цели? Подаришь ли нам последний кусок головоломки, дабы мы сделали еще шаг на пути к спасению человечества?

Томас не знал, что ответить. Такой поворот… Столько всего случилось, и теперь требуется последняя жертва.

«Правая рука», наверное, на подходе. Образ Ньюта не покидает его.

– Мне надо побыть одному, – произнес наконец Томас. – Пожалуйста, оставьте меня.

Впервые Томас ощутил готовность отдаться в руки ПОРОКа, позволить врачам провести операцию. Даже если ничего в итоге не выйдет.

– Ты совершаешь подвиг, – заверил его доктор Кристенсен. – Не беспокойся, ты не почувствуешь ни капли боли.

Больше Томас слышать ничего не желал.

– Мне просто надо побыть одному перед операцией.

– Будь по-твоему, – согласился Дженсон. – Мы проводим тебя в палату, где ты и сможешь уединиться. Однако время не ждет.

Уронив голову на руки, Томас уставился в пол. План, составленный совместно с «Правой рукой», внезапно показался идиотским. Даже если удастся бежать с операции, как выжить до прибытия друзей?

– Томас? – Доктор Райт погладила его по спине. – Ты как? Есть еще вопросы?

Томас выпрямился и убрал ее руку.

– Идемте уже… куда там вы хотели меня отвести.

На плечи Томасу свалилась непосильная ноша. Воздух словно исчез из кабинета Дженсона, грудь сдавило.

Томас встал и вышел в коридор.

Глава шестидесятая

Следуя за докторами, он лихорадочно соображал. С «Правой рукой» никак не связаться, даже Терезе – и Эрису – не отправить мысленный сигнал.

Изгибы коридоров напомнили Лабиринт. Вот бы сейчас снова там оказаться. Жизнь в Глэйде была куда проще, понятнее."

"– Чуть дальше по коридору и налево тебя ждет комната, – сказал Дженсон. – Там я приготовил пишущее устройство – на случай если захочешь оставить послание для друзей. Как-нибудь передам его.

– Я распоряжусь, чтобы тебе принесли поесть, – пообещала шедшая сзади доктор Райт.

Приторная вежливость и забота раздражали. Вспомнились истории из былых дней, когда убийцам, приговоренным к смерти, тоже подавали последнее угощение. Любое на выбор, стоило только попросить.

Остановившись, Томас взглянул на доктора Райт и произнес:

– Хочу стейк. И креветок, а еще лобстера, оладий и шоколадный батончик.

– Мне жаль, но… придется удовлетвориться парочкой бутербродов.

Томас тяжело вздохнул:

– Чистота эксперимента…

Войдя в комнату, он уселся в мягкое кресло. Перед ним на столике лежало пишущее устройство. Оставлять кому-либо прощальное послание Томас не хотел, однако чем еще было заняться? Он и не рассчитывал, что вот так все обернется. Надо же, ему – живому – вскроют череп и убьют, лишив мозга! Кто бы мог подумать… Оставалось только подыгрывать ПОРОКу и ждать прибытия кавалерии.

Главное – не увлечься, обратной дороги не будет.