Ты моя одержимость

- Не каждый человек поддается гипнозу, - замечает Розенфельд, когда очередной прием не срабатывает.

- Запомню эту отмазку, - хмыкает Резник.

- Вы же подписались на сделку, - цежу я, скрежеща зубами. - Так в чем проблема? Бабло не вопрос. Вперед. Давайте поживее.

Такими темпами экспертизу видео сделают раньше, чем я вспомню ту гребаную ночь. Но здесь мало технических результатов. Я хочу докопаться до сути.

Девчонка же мне понравилась. Точно понравилась. Не могла не понравиться. Я себя знаю. Я бы такую не упустил. Да и на фотках все очевидно было. Я над ней коршуном навис.

Ну так может я ее и не отпустил.

Может я ее... под наркотой совсем ошизел и потерял берега.

Почему нет? Рабочий вариант. Чего я тогда только не принимал. Мог вполне выжрать экспериментальную дрянь. В клубе такого навалом. Да я сам это толкал.

Муторно от одной мысли. Тошно. Взвыть охота.

Я покалечил свою девочку. Я! И винить больше некого. Сам накачался токсичным дерьмищем, отрубил все предохранители и сорвался. Почти убил, изувечил ту, ради которой теперь собственный хребет рад через глотку выдернуть.

Я часто рожи начищал. Под кайфом. Разбивал кулаки в кровь и ни черта не помнил.

Когда сцепился? С кем? Но я бился с мужиками. С такими же отмороженными ублюдками как я сам.

Наркота стирает границы. Тупо этому удивляться. Я заигрался, сам не понял, что пробил дно.

И все равно не могу представить. Не выходит. Хоть сдохни.

Ударить женщину. Девушку. Девочку. Такую маленькую, хрупкую, совсем юную. Она же как из фарфора вся, как из другого мира пришла. Нереальная. Фантастическая. Огнище. В каждом ее жесте, во взгляде. Даже там, на тех фотках, где ей стукнуло девятнадцать.

Разве мог я врезать ей по лицу? Переломать кости? Прижигать кожу сигаретами? Рвать на куски? Вбивать хер, раздирая до крови?

Гребануться.

Долбануться.

Блять. Нет. Никогда.

Даже самый лютый зверь не посмел бы такое с ней сотворить. Даже самый конченный урод на свете ни рискнул бы изуродовать ее красоту. Тут нужен гнилой червь вроде моего папаши. Или просто... я сам? Без резьбы, угнавший по бездорожью в полный отрыв.

- Я полагаю, гипнозу подаются все, - продолжает профессор. - Однако необходимо найти правильный рычаг. Для каждого свой подход."

"Резник перебрасывает пистолет из одной руки в другую.

Играется. А потом направляет дуло на Розенфельда.

- Тебе лучше поторопиться, дедуля. Видишь? Мы теряем терпение. И время. Мой друг хочет, чтобы ты зарылся в его башку и вытянул нужную инфу. Сейчас. У нас нет пары месяцев на поиски, а у тебя скоро не будет мозгов. Достаточно одного выстрела.

- Вас когда-нибудь пытались подвергнуть воздействию гипноза? - профессор бледнеет, но старается скрыть страх.

- Нет,-отвечаюя.

А потом вспоминаю Генерала. То, как он смотрел на меня. Прямо. Безотрывно. Без чувств, без эмоций.