Белая смерть

— Это здание построено в 1778 году, в самом конце правления императрицы Марии-Терезии…

Экскурсию вела коренастая женщина средних лет со строгим желтоватым лицом, в туфлях на платформе и с потрепанной шляпкой на голове. Туристы принялись щелкать фотоаппаратами. «Роллексы» и «лейки» сверкали линзами в лучах показавшегося из-за туч солнца. Карлос протиснулся поближе к центру группы.

Рядом с ним оказался мужчина в велюровой куртке с рубчиками. Два фотоаппарата, висящие на шее, и аккуратно подстриженные усики выдавали в нем американца. Его сопровождала жена — симпатичное существо с мягким безвольным лицом, — которая неотрывно смотрела на здание Оперы, время от времени хлопая глазами под толстыми стеклами очков.

— Ну и что вы об этом думаете? — спросил мужчина у Карлоса.

— Очень красиво, — ответил тот.

— Вам не нравится?

— Да я не особенно разбираюсь.

— А я вот разбираюсь, — раздраженно заявил мужчина. — И могу вас заверить, что эту дрянь даже не стоит фотографировать!

— Минуточку, дамы и господа! — завопила женщина-гид. — Прошу вашего внимания!

Все подняли головы.

— Сожалею, но к нашей группе присоединились несколько посторонних.

Я вынуждена попросить их удалиться.

Карлос не шевельнулся. Через несколько секунд двое мужчин и женщина отошли в сторону.

— Спасибо, — сказала гид. — Я настаивала на этом только потому, что членам нашей группы не всегда хорошо слышно из-за толчеи. Вы мне заплатили, вы и имеете право меня слушать. Теперь мы вернемся в автобус. Следующую остановку сделаем у собора Святого Этьена.

Карлос вместе с остальными двинулся к автобусу. Встав у самых дверей, гид наблюдала за тем, как туристы поднимаются по ступенькам.

С замиранием сердца Карлос прошел мимо нее. Он поднимался последним, а в автобусе еще оставались пустыми больше половины мест. Гид не обратила на Карлоса никакого внимания. Она взяла предложенную шофером сигарету и о чем-то заговорила с ним по-немецки.

— Вовсю старается, лишь бы доказать, что мы не напрасно потратили деньги, — заметил мужчина в куртке с рубчиками.

— Да уж, — промямлил Карлос.

— А вы из какой части Южной Америки? — спросил мужчина на правильном испанском.

Автобус тронулся.

— Из Боливии.

— Так я и думал! — воскликнул мужчина и торжествующе толкнул свою жену локтем.

 — Я ведь тебе сказал: Боливия или Перу. Такой акцент.

— Вы что, специалист по языкам? — поинтересовался Карлос.

— Ну уж нет! Я инженер. Просто три года провел в Южной Америке. Мне довольно тяжело давался испанский, не говоря уже о диалектах…

— А я довольно долго жил в Африке, — произнес Карлос, не зная, что сказать.

— Вот как? В какой части? Я и сам там жил некоторое время."

"Карлос почувствовал, что пол уплывает из-под ног.

— Занзибар, — бросил он наугад.