Белая смерть

Мы не хотели, чтобы вы могли спокойно все обдумать, Харит.

— Мне не нужны были вы, чтобы сбивать меня с толку, — сказал Харит. — Для этого у меня был господин Прокопулос.

— Прокопулос поработал для вас лучше, чем вы считаете, — возразил Дэйн. — Когда мы прибыли в Форт-Лами, он оказался для нас неучтенным фактором. Мы проследили его обратно до Эль-Джезиры. После этого стало очевидно, что часть нашего плана раскрыта, но мы не знали, насколько много ему известно. Некоторое время мы даже считали, что весь наш замысел провалился. Нам повезло, что вы не очень доверяли Прокопулосу.

— Он был для меня таким же неучтенным фактором, как для вас, — мрачно сказал Харит. — Он отчасти понял ваш план, но знал он недостаточно. Почему вы тянули с его арестом до Хартума?

— Я не имею никакого отношения к его аресту, — сказал Дэйн. — Для меня это оказалось не меньшей неожиданностью, чем для вас.

Харит недоверчиво пожал плечами:

— Ну, неважно. А откуда вы узнали, что я высажусь именно здесь?"

"— Я этого не знал, но мог предполагать. Я был на дхоу, которая следовала за вами несколько миль вдоль берега. Капитан проследил ваш курс.

Он вел прямо сюда. Конечно, курс можно было и изменить, так что я прикинул, куда еще вы могли направиться. Джидда отпадала. Это лучший порт на всем побережье, но там слишком много европейцев и слишком много мусульман — не арабов. Джидда не используется работорговцами в качестве порта еще с конца Второй мировой.

— Это так. Но как насчет других портов от Хиджаса до Тихамы? Как насчет Йемена и Хадрамаута? Побережье Аравии тянется на тысячу миль.

— Больше, чем на тысячу, — поправил его Дэйн. — Но у вас был ограниченный выбор. Сперва я отбросил все порты севернее Джидды.

Ближайший из них, в который может войти океанское судно — это Айюна, а до нее от Суакина семьсот миль. Кроме того, сейчас в Красном море господствуют неблагоприятные ветры. Чтобы добраться до Айюны, вам потребовалось бы несколько недель тяжелого плавания. Я подумал, что этого вы делать не станете.

— А южные порты?

— Это было уже посложнее, — согласился Дэйн. — Но здесь я тоже произвел некоторый отбор. От Дауки до Мекки по суше около ста пятидесяти миль. Если бы вы забрались слишком далеко на юг, в Ходейду, вам пришлось бы по дороге к Мекке проделать лишние три сотни миль — то есть вместе четыреста пятьдесят миль.

А для ваших плохих дорог это немалое расстояние. По той же причине я отбросил Йемен и сосредоточил свое внимание на побережье между Литом и Квизаном. Здесь на двести пятьдесят миль береговой линии приходится всего четыре порта, пригодных для океанского судна. Это Лит, Даука, Аль-Квинфича и Квизан. Я послал своих людей во все четыре порта. Но на самом деле я рассчитывал только на два места: на Лит и Дауку.

— Так оно и вышло.