Белая смерть

Это был кратчайший путь от Персидского залива до Тартарской возвышенности, но лишь один из десяти выживал в буранах, зыбучих песках, обвалах и прочих прелестях этого маршрута.

Это самая страшная пустыня в мире. В Сахаре и Гоби есть оазисы, но в пустынных просторах Центрального Ирана нет ни единого источника воды, кроме как в Таббасе. В других пустынях есть животные и растения — но в солончаковых пустынях Ирана не может существовать ничто живое, даже ящерицы или песчаные блохи. Трава и кактусы умирают, стервятники получают солнечные удары, и даже скорпионы издыхают на перегретых камнях.

Пересекать эту пустыню я не хотел.

Дэйн со мной не спорил, но сказал, что пятеро арабов поехали через Дешт-и-Кавир на джипе, и, кажется, для них это обычное дело.

— Путь через Дешт-и-Кавир никогда не был обычным делом, — возразил я. — Действительно, в наши дни есть машины, которые способны пересечь эту пустыню. Но они специально оборудованы, в отличие от нашего грузовика. И даже со всем этим оборудованием не все они добираются до конца пути.

Хансен, изучавший карту, поднял голову и высказал свое мнение:

— Дорога до Таббаса местами даже и не дорога.

А за Таббасом местность еще хуже. Если где-нибудь грузовик сломается, нас ждет верная смерть. Мистер Дэйн, в этом путешествии нет смысла.

— Понимаю, — сказал Дэйн и несколько секунд изучающе смотрел на нас. Затем он велел мне добыть достаточное количество дизельного топлива, воды и провизии для путешествия через пустыню в Йезд. Я выполнил его приказание.

Хансен, раскрыв рот, смотрел, как все это грузят в его машину. Потом он издал невнятный вопль и схватил одного из грузчиков за руку.

Дэйн шагнул вперед и отвел Хансена с дороги.

— Что вы, по-вашему, делаете? — спросил Хансен.

— Загружаю вашу машину, — ответил Дэйн.

Хансен от души выругался — должно быть, по-шведски. Потом сказал:

— Я требую, чтобы вы прекратили это. Я не еду в Таббас."

"— Я знаю, — сказал Дэйн. — Я беру ваш грузовик в долг.

Ответ Хансена был несоразмерен силе его гнева. Он начал с ругательств, а закончил тем, что обвинил Дэйна в открытом грабеже.

— Я ничего не краду, мистер Хансен, — ответствовал Дэйн.

 — Я преследую группу преступников, и ваш грузовик — единственное подходящее транспортное средство в радиусе пятидесяти миль. Вы и ваша компания получите полную компенсацию за потерю времени и за любое повреждение, которое может получить грузовик.

Хансен недоверчиво фыркнул.

— Преступники! Что это за преступники, что ради них нужно устраивать такую самоубийственную гонку?

— Они везут чистого героина на несколько миллионов долларов, — ответил Дэйн.

— Предназначенного для Соединенных Штатов?

— Да.