Белая смерть

«Либерио» был поврежден во время захода в гавань — кое-кто утверждал, что это происки кубинцев — и ему пришлось пару дней ремонтироваться в сухом доке. «Гелиос» не мог болтаться в море с оружием на борту, когда американские корабли ищут его повсюду. Он выгрузил оружие на Куэвру прошлой ночью.

— «Майами-Юг» замешана в этом деле? — спросил Торнтон.

— Я сказал все, что собирался сказать сейчас, — ответил ему Стиччини. — Я рассказал об оружии и о планах вторжения. Если вы хотите знать, кто участвует в деле, то прежде — сделка. Когда вернется Дэйн?

— Мы ожидаем его возвращения в любую минуту, — сказал Торнтон.

— Отлично. А я пока разведаю обстановку. Понимаете, мне нужна чья-то защита.

— Вы ее получите, — заверила Эстелла. — Но пока мистер Дэйн не вернется, вам, наверное, лучше оставаться здесь, в отеле. Полагаю, что по Санта-Катарине разгуливать не следует.

— Не беспокойтесь, я не собираюсь разгуливать, — сказал Стиччини. — Если я прятался до сих пор, то полагаю, что мне это удастся и впредь.

Он подошел к окну и осторожно выглянул за занавески. Уличные музыканты, расположившиеся на тротуаре напротив, били в африканские барабаны. Стиччини несколько секунд смотрел на них, потом отпрянул от окна. Эти музыканты ему явно не понравились.

— Под прикрытием такого шума хорошо стрелять из автомата, — сказал он Торнтону.

— Может, не будем драматизировать?

— Драматизировать, ха! Вы здесь слишком недолго, Торнтон. Именно так это и делается, особенно здесь, на Карибах. Верно, мисс?

Эстелла неохотно кивнула. Стиччини добавил:

— Это вам не Штаты. Здесь крутые парни просто приходят, захватывают город, делают свои дела и уходят. Ковбои с автоматами. Два дня назад здесь высадились эти самые крутые.

— А как же полиция? — спросил Торнтон.

— Когда крутые в городе, полиция обычно в отпуске, — серьезно ответил Стиччини. — Чтобы очистить это место, потребовалась бы армия.

— Пожалуй, мы можем заказать для вас номер, — сказала Эстелла.

— Да, думаю, это будет лучше всего. Номер без вида на улицу. И пусть еду приносят в комнату. — Он полез в карман и достал оттуда большой черный пистолет-автомат. Это движение было столь быстрым и небрежным, что Торнтон среагировал только тогда, когда пистолет был уже у Стиччини в руке. Тогда он потянулся за своим револьвером.

— Спокойнее, — сказал Стиччини. — Мы теперь партнеры, помнишь?

Он вынул обойму, извлек боек и осмотрел его, потом несколько раз проверил, как действует курок, вставил боек обратно и вогнал обойму в патронник. Наполовину взведя курок, он положил пистолет обратно в карман. Кажется, эта проверка вернула ему уверенность в себе.

— Ладно, — сказал он, — полагаю, я готов. Пусть и не пытаются устроить какой-нибудь трюк. Я сейчас позвоню портье.