Белая субмарина: Морской волк 4-6

Потому что они успели увидеть торжество мрази.

– Представляете, товарищ Елезаров, после просмотра этой дряни наша товарищ Смелкова этак сощурилась нехорошо и заметила: значит, не только враги нам мешают коммунизм строить – но всякие нехорошие женщины. Честное слово, боюсь теперь интересоваться статистикой смертности подобных дамочек в Архангельске. Хотя, – чуть задумался Пономаренко, – если вдруг выяснится, что она и в самом деле сгоряча двух-трех «интердевочек» покалечит, буду вытаскивать ее со страшной силой. Во-первых, наш она человек, больше полусотни немцев положила.

Во-вторых, что-то ваш адмирал мышей не ловит, внимания должного не проявляет – а девочка ах какая красивая, ах какая правильная. А ведь это огромное значение имеет, чтобы мы не только страну подняли и детям оставили лучшей, чем приняли, но и чтобы наши дети были лучше нас. Ведь гниль, что в вашем времени полезла, это никакие не «бывшие», а дети вроде бы достойных людей, наших людей. Но – недосмотрели.

– А как? – спросил Елезаров. – Если просто времени нет? «Ребенок родителей своих не видел, но он о них знал. А если бы папе платили побольше, а маме работать поменьше, так не потребовалось бы государству денег на перевоспитание».

"

"– Райкин? – спросил Пономаренко – слышал и его, в фонотеке вашей. И отношение сложное – лично у меня. С одной стороны, критика – это хорошо, на проблему указать. С другой, отсюда и пошло ведь «так жить нельзя», раскачали, и рухнуло. Тут правда определить сложно, у критикующего действительно душа болит за дело или лишь кукарекнуть хочется, тявкнуть погромче, как моська на слона. А вот второе очень опасным может быть: если по капле, и гранит продолбит, особенно если капель много.

– А как отличить? – заметил Сирый. – Снова цензура, запрет? Так ведь пользы не будет, тут и своих оттолкнешь. Как того же Ефремова держали под запретом – в «Часе быка» усмотрели сходство не буду говорить с чем.

– Глупо, – сказал Пономаренко. – Тут работа нужна тонкая, как пинцетом, ну никак нельзя кувалдой с размаху. Каждый случай разбирать с тщанием и осторожностью. Ни в коем случае чтобы не было так – вот я сделал, и все довольны, а что я по этому поводу думаю, это нигде, никогда, никого не интересовало.

Именно мысли надо отслеживать в обществе, и реагировать незамедлительно. Иначе очень дорогую цену можем заплатить. Люди в любом обществе – это самый ценный ресурс, который капитализм использовать в полной мере не может в принципе, поскольку там главное – это прибыль кучки эксплуататоров, а все прочие – это рабсила, толпа, быдло. А представьте, когда на общую цель замотивированы все, принимают как свое личное дело? Ведь горы можно свернуть!

– Было у нас такое, – вставил Сирый. – В Китае при товарище Мао.