Белая субмарина: Морской волк 4-6

Все дружно, строем махали мотыгами, плавили железо в печке и били воробьев.

– Ну и глупо, – ответил Пономаренко. – Замотивированы должны быть не только те, кто с лопатой или штыком наперевес, а прежде всего те, кто планы составляет и приказы отдает. Кто там сказал про армию львов во главе с бараном? И вдвойне обидно, когда такие «львята», пассионарии, начинают работать против системы просто потому, что не находят себя. Что очень наглядно было при проклятом царском режиме, а также в ваш развитый застой, правда, в меньшей степени. Да и у нас под конец: вот прочел я Жигулина «Черные камни», это в пятьдесят втором семнадцатилетние пацаны свою «молодую гвардию» создали против товарища Сталина, сочтя его предавшим ленинские нормы.

Пацанов тех, кстати, на карандаш взяли, так что не забудут, когда время придет.

– И сразу в Магадан? – спросил Елезаров. – Не дожидаясь, пока совершат?

– Мы ж не звери. Зачем, если можно использовать во благо общества? И случай классический – пассионарии, ну не могут они смирно сидеть, обязательно что-то совершить надо! Это жизненно важно, чтобы общество могло энергию таких беспокойных в нужную сторону направить.

На войне понятно, а в мирное время? Вот и выходят из таких Софьи Перовские или Че Гевары, которые ну никак лично не обижены, но жизни не пожалеют, чтобы что-то низвергнуть. Это если их делом по душе не занять, на общую пользу. Ведь и ваша «перестройка» еще и оттого, что в центре все уже застыло давно – слово-то какое, «застой»; это на окраинах еще что-то докипало, остывая уже: БАМ и всякие там учкудук – три колодца, ЛЭП-пятьсот и города в тайге. Так что жигулинских пацанов постараются заранее и ненавязчиво чем-нибудь занять, чтобы у них и мысли не возникло о собственной невостребованности.

– Их ладно, – заметил Сирый. – А других? К каждому ведь персональную опеку не приставишь."

"– А вот это и будет наша работа. Создать такой порядок, запущенный общественный механизм, чтобы пассионарии работали на общую цель. Конечно, тех, кто все же станет разрушителем, придется изымать, но это уже будет явный брак производственного процесса.

Жалко ведь – сколько пользы для общего блага мог бы принести каждый такой себя не жалеющий! А поскольку таких в обществе, как Гумилев заметил, лишь несколько процентов, то работа сильно облегчается. Таковы, в общем, будут основные фронты: контроль настроений в обществе, отслеживание новых идей, выявление распространителей, оценка «полезно-вредно», и соответственно поддержка или совсем наоборот. Кстати для последнего варианта вовсе не обязательно истреблять носителей идеи.