Ты не сбежишь
Он – когда-то был трудным ребёнком, и с годами ничего не изменилось. Его жизнь – череда импульсивных решений и громких гитарных рифов. Она – мамина-папина дочка, которая видела только успех рассказанных на табуретке стишков и награды на полочках. Ей стоит бежать от него так далеко и так быстро, как только возможно. Пока его одержимость не сорвала её розовые очки, втоптав девичьи воздушные мечты в грязь. Но, кажется, уже слишком поздно, и шаг к острию лезвия сделан…Содержит нецензурную брань.
– Прекрати… прекрати, пожалуйста… – шепчу исступлённо, едва удерживаясь на грани ощущений.
Я не знаю, не понимаю, что это за грань и что за ней. С моим телом происходит что-то странное. Там, где его рука, ощущения очень горячие, они ошеломляют и пугают. Мне очень хочется, чтобы Влад отпустил меня, но в то же время…
– Ты такая горячая, – он снова сжимает зубами кожу на моём плече, и я слышу, что его дыхание тоже прерывистое. – Как же я хочу тебя, Принцесса. Я уже и не помню, когда мне в последний раз башню так срывало. Маленькая синеглазая колдунья.
Его несдержанные, эмоциональные слова подталкивают меня ещё ближе к этой грани.
Влад отпускает меня, и я едва не падаю, но он не дал бы всё равно, потому что удерживает меня за талию и прислоняет к стеклянной стене спиной. Опускается на колени передо мной и, не дав сказать и слова, аккуратно забрасывает себе на плечо мою левую ногу.
– Держись за меня, Лера.
А по-другому и не получается, когда он прижимается ртом к моему лобку. Мокро и скользко, а он крепко удерживает за колено и ягодицу. Я вынуждена ухватиться ладонями за его плечи, чтобы не упасть.
– Остановись… Перестань… Хватит, Вл… Влад…
И я снова это испытываю. Намного острее, чем в первые два раза. Моё тело сотрясает сначала одной волной дрожи, а потом ещё одной. Спина выгибается, ноги подкашиваются, просто отнимаются, но Влад уже оказывается на ногах и подхватывает меня под бёдра, поднимает, вынуждая обхватить трясущимися ногами. Я ими не управляю сейчас, и он просто держит меня на весу сам, прижимает снова спиной к стеклу.
– Одно слово, Принцесса, – его голос прерывается тяжёлым дыханием. – Одно твоё слово – и мы полетим дальше. Ну же…
Он прижимается губами к моей шее, лижет кожу, посасывает её. Его кожа жжёт, она везде. Я вся в нём, с ним, под ним. Почему это происходит? Почему со мной? Мысли начинают путаться и разрывать голову.
Я хочу его.
Безумие. Гром в голове и шум в ушах.
Так быть не должно. Нельзя.
Вокруг вода, а у меня во рту пересохло.
– Нет, – стараюсь, чтобы голос звучал твёрдо, но выходит жалкий писк. – Не надо, пожалуйста…
Чувствую, как его тело напрягается. Миксаев подаётся немного бёдрами вперёд, ещё теснее прижимаясь ко мне членом.
Он не послушает.
Но… Влад ставит меня на ноги, всё ещё прижимая к стене собой. Берёт мою ладонь, проводит по ней языком и кладёт на свою плоть, своей же ладонью обхватывая поверх моей.
Мои пальцы деревенеют.

















