Белоснежный роман

 – Вы извините, конечно, но… вам говорили, что у вас весьма специфическая внешность. Такая своеобразная, я бы сказала. Ни разу не героическая, а как бы даже наоборот.

– В смысле бандитская рожа? – уточнил тот, похохатывая.

– Ну-у-у, – протянула Настена. – Не так прямолинейно, но близко к тому, что я имела в виду.

– Да не, – махнул он рукой, продолжая веселиться, – на самом деле я мужчина вполне приятной наружности, женщинам очень даже нравлюсь, – уверил он ее и пояснил: – Просто не спал почти двое суток, устал да зарос. – Он потер щетину своей большой ладонью.

Она бы, наверное, еще попререкалась с ним с удовольствием, но тут пиликнула предупредительным сигналом система громкого оповещения, и милый девичий голосок принялся перечислять номера и направления рейсов и объявил о задержке ориентировочно на сутки, пообещав дополнительно сообщить о возможно более длительных задержках.

– А вот теперь бегом, – распорядился летчик-герой вертокрылых машин Вольский.

Он ухватил в очередной раз Настю за руку и, рассекая забурлившую толпу, поспешил к стойке регистрации, где оставил их вещи на попечении двух девушек.

– А то такси все разберут, – на ходу умудрился объяснить он, – и придется нам ждать общественный транспорт. Оно, конечно, тоже ничего, терпимо, но лучше все-таки такси.

Настя же разумно решила помолчать и послушать мужчину, рассудив про себя, что, наверное, ему видней, как действительно лучше поступать, он же местный и все тут знает, да еще и знаменитость, как выяснилось.

А вот к добру ли или худу, поди знай.

В такси они благополучно сели. Кстати, таксист весьма почтительно поздоровался с Вольским, расплывшись в радостной улыбке, что отметила про себя Настасья.

Гостиниц в этом милом простом городке имелось две.

Первая под интригующим названием «Паломник», собственно, была вовсе и не гостиница, как таковая, поскольку ей можно было бы смело присвоить минус три звезды. Скорее это было что-то вроде «Дома колхозника» или хостела лагерного типа, рассчитанного на группы туристов, активно кочующих в летний и зимний периоды по достопримечательностям края, а также оленеводов, приезжающих по каким-то своим делам. Оттого и были там номера на десять – двенадцать человек и большая комната для общего сбора, с длинными рядами столов, служивших как для приема пищи, так и для проведения собраний, мероприятий или индивидуального досуга.

Вторая же гостиница, можно сказать, основная, носящая простое и емкое название без выкрутасов – «Саха», с иронией именовалась местными жителями «Националь», с намеком, с одной стороны, на национальный состав республики, с другой же – на известную московскую гостиницу с ее звездностью и пафосом.