Беременна от брата жениха

Он был рядом."

"Друг не торопил, друг не был настойчивым, и я благодарен ему за то, что он позволил мне самому сделать этот нелегкий выбор. Решиться. Отдать приказ.

Артур лишь предложил вариант, а я начал его развивать.

Он лишь подсказал, как можно начать жить с нуля, а я…

А я снес дом.

Я наблюдал за падением кирпичей, которые уже точно не были пригодны для новой постройки. Я наблюдал за разрушением крыши, которую много лет назад я укладывал своими руками, и падение крыши ознаменовало невозврат к тому грязному, мрачному прошлому. Крыши нет, и это значило, что к прошлому больше не вернуться. Стены, перегородки, фундамент… Весь дом, который планировал лично я и который строил, в частности, я, этот дом – перестал быть домом, а на его месте образовалась лишь груда строительного мусора, который еще предстояло утилизировать.

Артур лишь подсказал, а я снес то, что строил во имя Аси.

Этот падающий дом, что разрушался бульдозерами прямо на моих глазах, означал лишь одно – той девушки больше нет в моей жизни, она мне не невеста, не жена, не любовь.

Она мне никто.

Я разрушил то, что строил в ее память.

Я преодолел себя еще тогда, когда позволил бульдозерам въехать на свою территорию.

Я ничего не чувствовал, я просто хотел начать жить. Этот дом лишал меня этого права.

Однажды мне стало так тяжело дышать, что я оказался перед выбором: либо этот дом, либо новая жизнь и чистое дыхание. Без выбора здесь не обойтись, а сохранить одно и воссоздать другое – увы, не получится.

- Ты молодец, Тимур! – Артур хлопает по плечу, закончив руководить сносом, - приехала бригада, будем утилизировать?

Артур обо всем спрашивал. О каждой мелочи. Ему было важно услышать мое согласие на снос едва ли не каждого кирпича. Он спрашивал: продолжаем? Я кивал. Крыша? Я кивал. Окна? Я кивал. Продолжаем, точно? Я снова кивал. Точно.

Каждая комната сносилась на моих глазах и, как ни странно, мне становилось легче. С каждой комнатой легче.

Я снова кивнул:

- Пускай грузят и увозят. Я уже нашел покупателей на территорию, пусть приведут ее в порядок. Чтобы ни одного кирпича здесь не осталось!

- Ребята, погружаем и увозим, - довольно командует Артур, покидая меня.

Шагая по выжженой земле, где еще шесть часов назад стоял огромный дом, я учился заново дышать. Свободно так. Легко. Не тяжело, как это было раньше, когда я спал здесь ночами и жил мертвым прошлым. Особенно в последние дни становилось совсем худо…

Без дома стало размашисто, без упоминания о ней стало… человечно. Не больно.

Словно я перестал болеть.

Словно я победил болезнь, что одолевала меня годами. Годами!..

Я победил ее за шесть часов и теперь, шагая по грязной растоптанной земле, я просто не понимал, почему я не сделал этого раньше?..