В ритме сердца
Порой мне кажется, что моя жизнь состоит из сплошной череды защитных масок: днем – невзрачная, серая пацанка, скрывающаяся от преступности Энглвуда; ночью – танцующая кукла для пошлых забав богатых мужчин; дома – я надеваю маску сдержанности, спасающую меня от вечного пьяного хаоса, но даже эта маска не даётся мне с тем трудом, как мучительный образ лучшей подруги. Я годами люблю человека, который не видит меня по-настоящему и, вряд ли, хоть когда-нибудь заметит так, как сделал это другой мужчина. Необычный. Манящий. Лишающий здравого смысла и до дрожи пугающий. Тот, с кем по роковой случайности я встретилась одним злосчастным вечером, когда в полном отчаянии просила у вселенной чуда о решении всех своих проблем. Но, видимо, нужно было яснее излагать свои желания, ведь вместо чуда я столкнулась с ним, и теперь боюсь, мне ничто не поможет ни сбежать от него, ни скрыться. Содержит нецензурную брань.
Но почему-то она выбрала именно богатого мужика, что годится ей даже не в отцы, а в деды.
Камилла – лишь ещё один наглядный пример тому, что внешние невинные данные никак не отражают хищной расчётливости обыкновенной потаскухи, побуждающей столь милую на первый взгляд девочку раздвигать ноги ради собственной выгоды.
Да… Всё всегда вращается вокруг денег. Я это уяснил ещё с самого детства.
И запомните, что я вам скажу: любого человека можно купить, а женщины так вообще все поголовно продажные шлюхи. Вы можете согласиться с моим утверждением, либо оскорбительно возмутиться, но я делаю этот вывод с такой чрезмерной уверенностью, основываясь исключительно на своём многолетнем опыте контрактных отношений.
Купить можно каждую, а не только тех искательниц красивой, богатой жизни или вконец отчаявшихся особей с безмерно тяжёлой судьбой, у которых есть тысяча и одно веское оправдание, почему жизнь вынуждает их торговать своим телом.
Купить можно и тех, кто на протяжении всей своей жизни не перестают зарекаться, что никогда и ни за что не станут продавать себя за деньги. И самое смешное, что подобные моралистки сами искренне верят в свои твёрдые убеждения, которые я каждый раз с поразительной лёгкостью опровергаю, предлагая им ту сумму, что в мгновение ока рушит все их высоконравственные устои.
У всех есть своя цена. Просто у каждой она разительно отличается.
Некоторые женщины – дорогие, как гениальное произведение искусства или редкий драгоценный кристалл, что будет не только радовать глаз своей ювелирной огранкой и блеском, но и возводить на заоблачный пик наслаждения. Кто-то стоит дешевле, как простой, комфортный автомобиль, что не принесёт того всплеска эмоций, как первая группа, но тем не менее без проблем выполнит свою основную функцию – доведёт до оргазма, сняв тем самым физическое напряжение.
Тони был прав: бизнес у меня везде и повсюду, и я не собираюсь это менять. Мне лишь до жути интересно узнать, в какую из вышеупомянутых групп попадёт моя дикарка, или, как она не уставала мне повторять, «стриптизёрша, что не спит с клиентами».
Её слова позже подтвердили оба брата Мэрроу.

















