В ритме сердца
Порой мне кажется, что моя жизнь состоит из сплошной череды защитных масок: днем – невзрачная, серая пацанка, скрывающаяся от преступности Энглвуда; ночью – танцующая кукла для пошлых забав богатых мужчин; дома – я надеваю маску сдержанности, спасающую меня от вечного пьяного хаоса, но даже эта маска не даётся мне с тем трудом, как мучительный образ лучшей подруги. Я годами люблю человека, который не видит меня по-настоящему и, вряд ли, хоть когда-нибудь заметит так, как сделал это другой мужчина. Необычный. Манящий. Лишающий здравого смысла и до дрожи пугающий. Тот, с кем по роковой случайности я встретилась одним злосчастным вечером, когда в полном отчаянии просила у вселенной чуда о решении всех своих проблем. Но, видимо, нужно было яснее излагать свои желания, ведь вместо чуда я столкнулась с ним, и теперь боюсь, мне ничто не поможет ни сбежать от него, ни скрыться. Содержит нецензурную брань.
А всё потому, что, по всей видимости, Марк уже успел свалить прочь с этого светского праздника.
Я несколько раз обошла весь зал вдоль и поперёк, выглянула во внутренний сад, где так же прохлаждалось множество людей, до неприличия упорно вглядывалась в незнакомые лица и максимально навострила слух, чтобы попытаться расслышать самодовольный голос Эндрюза даже издалека, но всё тщетно. Его нигде нет.
И потому у меня не остаётся другого выбора, как отложить решение этой проблемы до завтрашнего утра, когда мне нужно будет найти убедительный предлог, чтобы суметь сбежать от Адама и пулей лететь прямиком на квартиру Марка.
Морально успокаивая себя тем, что, вероятнее всего, Марк целую ночь будет занят весельем и ему будет не до разговоров с Остином, я направляюсь в сторону дамской комнаты – я не сразу заметила, что все мои пальцы испачканы следами испорченного макияжа Камиллы, да и вообще мне бы не помешало хоть разок за вечер посмотреть на себя в зеркало и привести себя в порядок.
Но, похоже, мне даже в туалет без происшествий попасть не суждено.
– У вас там всё хорошо? – озадаченно спрашиваю я, подойдя вплотную к двери в уборную, но вместо ответа получаю новую череду непонятных звуков. – Эй, с вами всё в порядке? – повторяю чуть громче, хватаясь за ручку, но та, естественно, не поддаётся.
– Да… да… всё хорошо… – наконец доносится прерывистый женский голос.
– Вы уверены? Возможно, я могу вам чем-то помочь? – не сдаюсь я.
– Нет… Всё… Замечательно… Ещё чуть-чуть… Я скоро… Закончу… Боже… Да… – глухие стоно-хрипы смешиваются с ритмичными ударами, с каждой секундой ускоряющими свой темп, что в итоге резко обрываются, сменяясь суетливой вознёй и перешёптываниями.
Я отпрыгиваю на пару метров назад, когда дверь внезапно со всей дури открывается, чуть было не разбивая мне лоб.
– Чёрт!!! Что ж вы так резко?! – ругаюсь я.
– Ох… Боже! Мисс… Простите, – извиняется вышедшая из туалета девушка.
– Вы мне чуть голову не раздробили.
– Бога ради, мисс, простите, я не хотела. Как неловко-то, – дёргано лепечет она. Её высокая вечерняя причёска заметно распушилась, дыхание учащённо, а покрасневшее лицо блестит от пота. Она нервно осматривается по сторонам, поправляя смятый подол платья, и вновь обращает испуганный взгляд на меня. – Слава богу, тут больше никого нет. Мисс, простите ещё раз. И прошу вас… Я надеюсь на ваше понимание. Я просто выпила лишнего.

















