Бермудский треугольник черной вдовы

– Ладно тебе, в этом сиропе градуса нет, – усмехнулся старик, – и документы у тебя такие, что служба ДПС их смотреть не имеет права.

– Оно так, – согласилась я, – но я никогда не пью за рулем, можно в аварию попасть – и себя покалечишь, и других.

– Ишь какая правильная, – восхитился Валерий, – понюхай наливочку, может, согласишься тогда.

У меня под носом оказалась рюмка, я машинально сделала вдох… в носу зачесалось. Пришлось быстро отвернуться и чихнуть.

Валерий Филиппович засмеялся:

– Будь здорова, как корова. Ну, Ваня, давай побалакаем. Не люблю я все эти новые технологии, но надо признать, что с их помощью жизнь легче стала. Привез тебе маленькую такую штучку размером с палец, воткнешь ее в компутер – и читай хоть до утра. Но махонькая ерундовина даром не отдается."

"Глаза босса чуть сузились.

– Что вы хотите?

Валерий Филиппович протянул Ивану листок.

– Там написал. Время сейчас, Ваня, такое, ты мне – я тебе.

Шеф пробежался глазами по тексту и разозлился:

– Никогда!!!

Валерий Филиппович взял графин и начал наполнять свою рюмку ликером. Я глянула на бордовую жидкость, ощутила царапанье в носу, чихнула и вдруг поняла: что-то не так. Платье, купленное у Ани, мне очень идет, юбка у него широкая, торчит в разные стороны и хорошо маскирует мою совсем не маленькую попу. А вот лиф обтягивающий, я не могу высоко поднять руки, и спину приходится держать очень прямо, как балерине. Если хоть самую малость горблюсь, ткань на боках и лопатках сильно натягивается, мешает глубоко дышать. Но сейчас наряд стал свободнее. Я опять чихнула, услышала звук: «Шшишши», замерла, чуть повела плечами, придвинулась вплотную к столу и, радуясь тому, что мужчины, не обращая на меня ни малейшего внимания, тихо ведут разговор, осторожно начала ощупывать свой левый бок. Пальцы нашарили разошедшийся шов платья. Я похолодела. Я от души наелась, поэтому слегка увеличилась в объеме в области желудка. Тесный наряд натянулся как на барабане, шов начал слегка расходиться. Потом я пару раз чихнула, и шов еще сильнее разошелся. Звук, который только что долетел до моего слуха, напоминает треск, который издает разрываемая марля. Платье сшито из какого-то тонкого материала, наверное, он сечется, и сегодня вещи шьют без запаса на швах, экономят на всем. Теперь главное – не делать резких движений, не чихать, не кашлять, громко не разговаривать, сесть как можно более прямо, не есть, не пить, не дышать глубоко, тогда, надеюсь, платье не лопнет прямо на мне.

– Хорошо, – ворвался в уши голос босса, – по рукам. Давайте реквизиты счета, сумма сейчас упадет.

– Информация эксклюзивная, – противно заулыбался Валерий Филиппович, – я не один ее добывал, с помощником.