Безбашенный

Прикусываю до крови губы и гадаю, кто же та счастливица, которой вчера Антон нес цветы?

И… Чем закончился их вечер? Если, конечно, закончился, а не плавно перешел в бурную ночь, полную страсти и такое же утро?

Он шептал ей те же слова, что и мне? Ну, а что, — если даже цветы такие же купил…

Так же будил ее сегодня, как и меня, — нежными, но превращающимися в напористые, ласками? Так же ласкал, спящую, доводя до исступления, дразня клитор, прикусывая его, чуть дуя, отстраняясь, — пока она не начнет, как и я, срывающимся голосом, умолять, чтобы взял по-настоящему, комкая простыни руками?

Черт!

Все это так и стоит перед глазами, и отмахнуться нет никакого шанса!

Зачем я только его встретила? Зачем увидела все это?

Лучше бы мы и вовсе никогда и не повстречались больше после нашего отдыха на море! Тогда воспоминания остались бы священной драгоценностью, которую я бы бережно всю жизнь хранила в шкатулке моей души!

Всю ночь задыхаюсь, балансируя где-то между бредом и воспоминаниями, — душной обжигающей волной накрывают ощущения его ласк, его прикосновений, будто на самом деле ощущаю, как он прикасается ко мне, ласково и нежно прижимая к себе, будто слыша его дыхание и ощущая всей кожей его тепло вместе с одуряющим, терпким мужским запахом, от которого неизменно так кружилась голова.

Но в эти сны вплетается другое, — его руки вдруг начинают перед глазами скользить по чужому телу, шептать невозможные, сумасшедшие слова в чужие губы, — и я подскакиваю над кроватью, чувствуя, как все тело пронзает льдом, — острыми осколками, впивающимися прямо в сердце. Сейчас он там, — где-то на другом краю моей вселенной. С другой. Ее целует и ее ласкает, забыв обо мне.

И эти взгляды…

Вчерашние взгляды университетских красавиц, — то, как они буквально пожирали Антона глазами, облизывая в нетерпении губы, совершенно не дают мне ни единого повода усомниться в том, что так оно и есть. Черт! Да они же просто из трусов выпрыгивали рядом с ним! А если он еще и потрудился осчастливить кого-нибудь из них букетом и шампанским с конфетами, — то уж тут-то точно о продолжении вечера даже гадать ненужно!

Поднялась совершенно разбитой, хмуро глядя на такое же хмурое осеннее небо.

Не чувствуя тела, кое-как собралась, ни на кого не глядя и поплелась в университет, точно зная, что, если увижу светящуюся от счастья там дурочку, — но непременно, конечно же, красавицу, на других Антон вряд ли бы даже и посмотрел, — то буду знать, что это именно она.

Даже осматриваюсь по сторонам, выискивая в толпе ту, что светится от счастья, — потому что разве с ним может быть иначе?

Ни на одной лекции не могу сосредоточиться, все мысли — только об этом, о ночи, которую он провел не со мной.